Никогда не была нимфоманкой.
Но это, как говорится, просто до первого правильного мужика.
Жаль, что так поздно встретился. И так ненадолго.
Я стонала ему в губы, с удовольствием позволяя трахать себя языком, жестко и умело, умирая от наслаждения, чувствовала его руки на своих, уже голых бедрах.
Потом он резко прервал поцелуй, отстранился, оглядывая меня, расхристанную, искусанную, исцелованную, сидящую на его столе в самой неприличной из всех возможных поз, усмехнулся.
- Отличный подарок. Снимай это.
Я послушно потянула ее вверх, оставаясь в белье.
И в короне, которая, похоже, с моими волосами срослась, сука.
Хотела выдрать прямо с клоком волос, но он не разрешил:
- Пусть будет. Охренительно смотрится.
Ну ладно. Пусть. Выстригу потом.
А затем он расстегнул до конца рубашку, сдернул ее с плеч… И я забыла про свои волосы и гадскую корону на них.
Потому что, даже если б до этого я сомневалась, что добровольно дам ему ( нифига не сомневалась), то теперь сто процентов бы перестала.
Потому что такое тело я видела… Да блин, никогда не видела! Даже в рекламе спортивных клубов!
Даже, мать его, в порно!
Я , словно в трансе, завороженная, рассматривала широченные плечи, с массивными , идеальными просто мускулами, крепкую грудь, заросшую жестким волосом, живот, твердый, с кубиками, мать их!"
"Блядскую дорожку, спускавшуюся за ремень брюк…
Облизнула губы, непроизвольно совершенно.
Подняла на него растерянный, наверняка поплывший взгляд, потому что он усмехнулся довольно и дернул пряжку ремня, расстегивая ширинку, освобождая…
Оооойййй…
До этого я не сомневалась.
А вот увидев ручного , мать его, питона, начала переживать. Сильно. Потому что не поместится. Ни за что, у меня парни как-то поскромнее были размерами. А здесь… Мамочки!
Непроизвольно раскрыла рот, хотела что-то сказать, возразить, наверно… Предложить альтернативный вариант… Не такой страшный… Сразу в голове картинка черного пистолетного ствола, скользящего в моем рту…
Тьфу, блин! Сашка, да ты прошмандень! Правильно про тебя бабки во дворе говорили!
Еще и извращенка!
Хозяин же, Виктор, да, Виктор.
Виктор усмехнулся моему неподдельному испугу, достал из кармана серебристый квадратик, разорвал, надел на себя, меееедленно так, неторопливо… А потом шагнул ко мне. И его ручной питон приветливо качнулся навстречу, здороваясь.