Хотя он был лишь полуфабрикатом, сохранившим часть собственной жизненной силы и сознания, этот человек почти полностью утратил разум, опустившись в умственном развитии до уровня пятилетнего ребенка. У Ши Мэя не было причин просто так убивать его, тем более что бывший глава мог еще пригодиться.
— Сердечный друг старшего брата, ты вернулся, — стоило Наньгун Лю увидеть его, и его полное лицо тут же расплылось в самой искренней улыбке.
Некогда Сюй Шуанлинь признал Ши Минцзина своим сердечным другом, поэтому, следуя его примеру, Наньгун Лю относился к нему как близкому другу старшего брата.
Это обращение заставило Ши Мэя на миг замедлить шаг. Прищурив глаза, он сказал:
— Не говори глупостей.
— А?.. — Наньгун Лю в недоумении посмотрел на него. — Тебе не нравится, когда я так тебя называю?
— Не нравится, называй меня просто Хуа Биньань, — лицо Ши Мэя помрачнело. — Давай, иди вперед, открой мне путь.
— Куда желает пойти сердечный друг старшего брата?
— … — мышление этого человека было как у пятилетнего, так что не было смысла с ним препираться.
Наньгун Лю тут же повел его за собой.
На самом деле, убежище Сюй Шуанлиня не было тайной для Ши Мэя, вот только на всем пути к нему слишком уж часто нужно было проливать кровь рода Наньгун. И хотя Ши Мэй хранил ее запас, сейчас он нес Чу Ваньнина, и ему было неудобно каждый раз освобождать руки, так что помощь Наньгун Лю оказалась весьма кстати.
Они прошли уже полпути, когда идущий впереди Наньгун Лю вдруг повернул голову и, не в силах сдержать любопытства, спросил:
— Сердечный друг старшего брата сегодня захватил с собой друга, чтобы вместе провести ночь?
— Провести ночь? — похоже, эти два слова особенно понравились Ши Мэю. Его хмуро сведенные брови чуть расслабились, и он с улыбкой ответил. — Почти. Совершенно точно провести ночь. Но к тому же в будущем он проведет здесь очень много ночей, можно даже сказать, что он будет жить здесь постоянно.
Наньгун Лю стало еще любопытнее:
— А кто он такой?
На миг задумавшись, Ши Мэй вдруг рассмеялся:
— Ты правда хочешь знать? Боюсь, детям не следует слышать о таком.
Наньгун Лю широко открыл глаза. На самом деле, это наивное детское выражение на лице мужчины средних лет выглядело не только омерзительно, но и потешно.
Они дошли до входа в тайные покои. Внутри горела негасимая лампада, комната выглядела уединенно и аскетично.