Оптимально-то, конечно, заменить его парой рейтарских пистолетов. Но… увы… их под рукой не имелось. Хотя купцы из Пскова получили от него заказ на их приобретение. Одной пары с колесцовым замком, чтобы прикрыться легендой для будущего технологического скачка – дескать, копировал."
"Воинов своей сотни он «упаковывал» примерно также[24]. Само собой, не серебря металл. Только шлемы им давал попроще и, преимущественно, переделанные, ставя на них личину «сову» и круговую бармицу панцирного плетения. Кстати, «сова» эта стала другой.
А чтобы отделять десятников и урядников от простых воинов он этим ребятам на шлем также ставил держатели для конских хвостов. Только красил их в красный для десятников и черный для урядников…
– Дело говоришь! – воскликнул Андрей, услышав слова Марфы.
– Жена мужу дурного не пожелает!
– Я о другом, – отмахнулся он.
– Так на кой бес сие? – удивился Кондрат.
– А ты глянь на воинов – лица закрыты панцирем. Как ты своего воя от того, что под рукой Спиридона или Данилы отличишь?
– А надо?
– А вдруг понадобится? Или сам воин в пылу боя запутается. А так глянул – и все сразу видно.
– Да ну, – снова махнул рукой Кондрат.
– Голос… вот черт!
– Что?
– Чем ты командуешь то? Правильно! Ротом! Если бы мне кричать не требовалось, я бы личину сию подъемной делать не стал. Ведь открыл ее, да рявкнул – все и услышали. Все лучше, чем вот так – через кольчугу орать. Надо вам шлемы переделать. Вместо «совы» личину полную поставить.
– Ну… – растерялся Кондрат.
Личина Андрея уже давно манила многих. И теперь перспектива ее обретения немало Кондрата обрадовала.
– А почто ты не желаешь наджаки[25] взять? – Спросил Данила. – На одно копье ведь уповаешь и сабельку.
– Снова ты за свое?
– Снова. Уступи. И я охотно поддержку тебя в сей глупой забаве.