Надо было остановиться, но он не мог. – Я тебя люблю, и если ты позволишь, до конца своих дней буду доказывать тебе это. – Не выпуская ее рук, он встал, заглянул ей в глаза и торжественно, как клятву, произнес: – Я заслужу твое прощение.
Айрис облизала дрожащие губы.
– Ричард, тебе не нужно…
– Нет, нужно. Я сделал тебе больно. – Ему было трудно произнести вслух такие жестокие слова. – Я солгал тебе, попытался обмануть и…
– Не надо! – попросила Айрис. – Пожалуйста!
Это было прощение – то, что он увидел в ее глазах?
– Послушай меня.
– Стоп! – Айрис приложила палец к его губам. И улыбнулась. Губы у нее еще дрожали, но все-таки она улыбалась. – Остановись.
Ричард покачал головой, ничего не понимая.
– Флер обманула.
Он замер.
– Как?
– Не насчет ребенка, насчет отца.
Ричард часто заморгал, пытаясь понять смысл сказанного.
– Тогда кто?
Отведя глаза в сторону, Айрис нерешительно покусала нижнюю губу.
– Ради бога, Айрис! Если ты сейчас не скажешь мне…
– Джон Бернхэм, – выпалила она.
– Кто?
– Джон Бернхэм, твой арендатор.
– Мне известно, кто это, – ответил он резче, чем хотел. – Я просто… – Брови у него сошлись на переносице, губы скривились. Ему показалось, что так, наверное, выглядят идиоты, только дурацкого колпака на голове не хватало.
– Мэри-Клэр сказала.
– Она знала?
Айрис кивнула.
– Я ее удавлю.
– Если честно, она не знала наверняка…
Кенуорти недоверчиво посмотрел на нее.
– Флер ничего не сказала ей, – пояснила Айрис. – Мэри-Клэр сама до всего додумалась.
– Она додумалась. – Теперь он точно ощущал себя идиотом в колпаке. – А я нет!
– Но ты же не сестра, – сказала Айрис так, словно это объясняло абсолютно все.
Ричард потер глаза.
– О господи! Джон Бернхэм! – Он смотрел на нее и пытался прийти в себя.
– Ты ведь позволишь ей выйти за него?
– У меня есть другой выход? Ребенку нужен отец… У ребенка есть отец. – Ричард бросил на жену острый взгляд. – Он не принуждал ее?"
"– Нет, – сказала Айрис. – Не принуждал.
– Ну разумеется. – Он покрутил головой. – На него это не похоже. Уж я-то его знаю.
– Значит, он тебе нравится?
– Нравится. Я уже говорил. Просто… У него… – Муж вздохнул.