С чувством приговоренного к смерти, я открыла коробку и вынула платье.
Первое, что услышала, был возглас, полный восторга.
– Таша! – Арика в полной прострации уставилась на меня. – Признавайся, ты любовница ректора?
Упс… К таким выводам я была не готова. Хотя именно их и следовало ожидать.
– Нет, – мое лицо залил густой румянец.
– Да ладно, не смущайся. Я никому не скажу. Но он ведь и правда красавчик, к тому же непростительно богатый! Говорят, кое-кто из наших магистрок и даже некоторые старшекурсницы готовы руку себе отгрызть, лишь бы он обратил на их внимание.
– Мне это не надо, – пробормотала я.
– Вот это да! – она меня не услышала. – Кто бы знал, что сирота из закрытой общины, у которой и сил-то особых нет, захомутает главного сухаря Ленорманна!
– Арика! – я повысила голос.
Глаза подруги округлились.
– Да что не так-то? Я же за тебя рада! Даже если у вас все это временно, он наверняка не останется в долгу и позаботится о твоем будущем.
– Завидуешь, что я любовница ректора? – у меня и челюсть отпала.
– Не просто ректора, а дракона! Главы одного из самых богатых родов! Знаешь, лучше один раз разделить постель с драконом, чем выйти замуж за какого-нибудь горшечника и всю жизнь рожать ему детей!
Я нервно рассмеялась.
Арика не открыла мне “Америку”. Я знала, что многие женщины в Академии смотрят на ректора, как на лакомый, но недоступный кусок. И что в этом мире многие женщины мечтают попасть в драконью постель.
Все драконы богатые и при власти. Они – элита местного общества. А еще они ревностно оберегают и заботятся о том, что считаю своим. О любовницах в том числе. И после расставания щедро одаривают бывших возлюбленных. Еще ни одна не ушла обиженной.
Но представить себя любовницей Драмиэля мне фантазия не позволяла. Наверное, потому что я с первой встречи инстинктивно ощущала наше родство.
– Ладно, давай помогу одеться, – пробурчала подруга, раздосадованная моим смехом. – Эх, твоя Эльза просто облезет от зависти!
– Почему моя?
– Ну а чья? Ты же ее помощница. Правда, если Айзен не объявит ее сегодня своей избранницей, то все, ты уже не помощница.
– Надеюсь, что так и будет, – пробормотала я, снимая форму. – Такая королева – конец королевству.
После некоторой возни с крючками и шнурками платье было надето.