Мор смелый и могучий, признающий только плохие стихи, логику, силу и прагматизм, но ранить его неудачной шуткой намного легче, чем кого-либо другого. Чем твёрже душа – тем на большие осколки она может разбиться. Твёрдость и хрупкость идут рядом.
– А ты какая?
– Я? Интересный вопросик. Я податливая. Если есть проблема – обтекаю её со всех сторон и топлю в своих эмоциях. Если сомневаюсь, то принимаю сторону оппонента и изнутри меняю её, подстраивая под себя. Достаточно? Или ещё хочешь откровений?
– Последнее, во что я верю – в откровения.
– Да! И что же во мне тебе так не нравится, если ищешь подвох в моих словах?
– Дело не в симпатиях. Я, например, люблю жаренное мясо, но, приходя в ресторан и глядя на на большую тарелку, вижу, что мне положили на неё маленькую порцию, обильно украсив по краям соусом и листьями дурацкой, часто не съедобной, зелени. Красиво и… мало мяса, а впечатление, будто бы порция его огромна.
– Но ты снова приходишь и заказываешь то же блюдо?
– Да. Видимо, мне нравится обманывать свой желудок, получая эстетическое наслаждение.
– Забавно! – улыбнулась Санр, – С куском мяса меня ещё не сравнивали! Удивил в очередной раз! На вот, в награду!
В её руке снова, как и в позапрошлое пробуждение, появился замечательный пирожок, который женщина, широким жестом ""с барского плеча"", протянула мне.
– Опять издеваешься? – нахмурился я.
– Откуси и поймёшь.
– Знаешь же сама – не могу.
– Но на стул ты как-то умудрился усесться?
Действительно! Неверяще опустив голову вниз, удивился я! Сижу, чувствуя, под своей ""жо"" не пол этой странной комнаты, а настоящую мягкость обивки кресла!
– Дай! – невежливо выхватив пирожок из рук Санр и впиваясь в него зубами, тихо простонал, – Кааайййффф… Проси, что хочешь, благодетельница!
– Как легко тебя купить! – довольно воскликнула Санр, а потом, уже серьезно, добавила, – Поздравляю,Егор.
– Это, которые истинные Ту? – перестав жевать, спросил я.
– Не называй их истинными – они такими себя не считают. Для них мы все такие.