Микифор Око принял с многократно превосходящими силами врага лишь первый бой, а затем счел за лучшее уйти.
– Верно, в Хлынов наши все подалися, або на Нижний. Ох, Егорий – до сих пор не верю – ты! А ватага-то о тебе вспоминала.
– Кого ж атаманом выбрали?
– Микифор Око своего прислал. Мужик опытный, вояка отменный, только что неудачлив – да-а! – ватажник прищурился. – При нем много кого потеряли, и все, почитай, зазря, не то что с тобой. Ох, Егор, доберемся до Новгорода, соберем обратно ватажку – с тобой-то любой – хоть куда.
Ближе к Увеку угнанные – точнее, добытые Елениной хитростью – суда догнали неспешно плывущих торговцев, барки которых тянули неторопливо бредущие по берегу волы.
– Эх, – смеялись гребцы. – Этак-то к зиме только доберутся.
– Откуда идете, купцы? – по приказу Егора спросил по-татарски кормщик.
– Из Сарая плывем.
– В Увек, в Булгар, а потом, может, и в урусские земли.
– Видим, что не торопитесь.
– А куда спешить? Правда, есть и торопыги у нас, хотят в Увеке быстрое судно нанять.
– Нет, а что?"
"– А то б взяли попутчиков, те б заплатили щедро – двух знатных урусов с холопами, грамота ханская у них, ярлык.
Услыхав про ярлык, Вожников встрепенулся – уж не Борисычи ли? Так вот бы и вместе сейчас…
– Нет, – Елена мягко положил руку возлюбленному на плечо. – Нечего нам сейчас Борисычей брать. Рано!
– Почему рано?
– Задумка одна хорошая есть. Идем в шатер, расскажу.
Честно говоря, задумка премудрой своей сожительницы Вожникову не особо понравилась, однако, поразмыслив, Егор все же пришел к выводу, что определенное зерно истины в предложении суженой – наверное, можно было уже Елену и так назвать – имелось.
– Да ты пойми, куда лучше спасителем объявиться, чем так, прихлебателем что-то просить.
– Люди не любят обязанными по гроб жизни быть, – усмехнулся Егор.
Суженая тут же и согласилась:
– Верно, не любят. Но тебе ж в Нижнем не жить. А спасителю своему – человеку верному – войско они дадут куда как легче. Тем более ты как-то рассказывал, что не первый раз их спасаешь.