Он казался космическим кораблем, замурованным в грубой скальной породе, плавная изящность в каждой детали, произведение высокой, далеко не примитивной культуры, при этом — явно не имеющей ничего общего с человеческой.
Тонкие золотые линии окантовывали каждую ступень и двойным орнаментом оплетали вход, выполненный в виде причудливой замочной скважины. Когда-то там находилась дверь, толщиной соперничающая с гермостворками космической станции, но сейчас она была разворочена огромной зияющей дырой с вогнутыми краями. Через это отверстие подсвечивало мягкое звездное сияние, отчего в каверне царила полутьма.
А перед зиккуратом широким полукругом были разбросаны человеческие и нечеловеческие останки. Черепа, кости, реберные клетки — старые, давно потерявшие всякую плоть, почерневшие, будто обугленные, а прямо напротив развороченного входа застыло нечто, похожее на сегментарную двуногую ящерицу, покрытую пластинами брони. Внутри — сплетение металла, сверкающих жил и необычных деталей, сама «ящерица» оплывшая, как свеча, но до сих пор топорщащаяся чем-то вроде длинных зазубренных лезвий.
Боевой механизм? Возможно. Но я никогда не видел подобных. И на Земле — я готов был поклясться в этом, не изготавливали таких ботов. Совершенно другой стиль, неизвестная технология и странное оружие, да и оружие ли вообще?
Вдруг стало ясно, почему волк поселился именно здесь и откуда он натаскал старые кости. Тут когда-то произошла схватка, непонятно кого, с кем и во имя чего, но и механизм, застывший в угрожающей позе и тела погибших явно покоились здесь много-много лет.
"Я еще раз взглянул на развороченный вход пирамиды. Его пытались вскрыть, и явно небезуспешно, вполне возможно, что именно неудачливые взломщики и покоятся здесь.
По останкам же сложно было что-то определить. Они почти не сохранились, кучки сгоревших костей, чья одежда и детали снаряжения давно превратились в прах и пепел.
Я вдруг поймал себя на том, что не ощущаю страха и брезгливости.