Но и его я знала постольку поскольку, так как наше знакомство ограничилось рукопожатием в коридоре первого этажа. А орк вне нашей общей комнаты, старательно делал вид, что меня знать не знает, и даже сел на лекции на самом верхнем ряду, словно подчеркивая свое нежелание продолжать знакомство.
Впрочем, я не особо расстроилась. Чего стоило ожидать в первый-то день?
Учебники я перенесла за две ходки в библиотеку. И на этот раз обвала летающих книг не произошло. Хотя господин библиотекарь на меня не обратил внимание и пыхтела я, поднимаясь по лестнице, никем не замеченная.
Учебники в комнате заняли место на столе. Выданные тетради я сложила в выдвижной ящик. Туда же отправился список занятий и прочее."
"Первая лекция была для меня, словно откровение. И дело было даже не в том, что я не знала данный предмет. Как раз наоборот. Эту, и другие книги по данной тематике, были мной прочитаны еще дома. Но сам факт того, что я сижу на лекции и внимаю профессору, читавшему урок с трибуны, отдавался восторгом в каждой клеточке моего тела.
Лекция пролетела быстро. Я сгребла свои тетради в сумку, пока единственную, ту, что прихватила из дома, и поспешила за потоком адептов к выходу, попутно вспоминая, какой предмет у меня идет после «истории».
— Эй, громила! — кто-то из ребят толкнул меня в бок, и я недоуменно обернулась, встретившись глазами с высоким адептом, идущим рядом.
— Это же ты у нас новенький? — уточнил второй адепт, вставший за спиной толкнувшего меня парня.
Мы остановились. Поток учащихся обтекал нас, как остров в середине быстрой реки. Никто не обращал на нас внимания и только Билли остановился, дернув меня за рукав выданной мантии.
— Оливер, ты идешь? — спросил он, сделав вид, что не замечает небольшую группу адептов, сгрудившихся вокруг толкнувшего. — У тебя каким предметом второй урок? — спросил он, на что получил ответ, но не от меня.
— Билли, иди куда шел. Ты ведь, насколько я помню, из магов земли? А мы все же, некроманты.
Я неуверенно подалась назад.
— Знаю я ваши разговоры, — Билли, несмотря на хилое телосложение, трусом не был. К этому времени аудитория почти опустела.