— Но он же редактор! У него власть! Связи!
— А у нас правда, — пожал я плечами.
Дверь распахнулась и в лавку ворвался Бурмистров. Вблизи он выглядел еще внушительнее. Красное лицо лоснилось от пота, усы топорщились как у разъяренного кота.
— Вот! — он ткнул тростью в сторону Золотова. — Вот эти мошенники! Аферисты!
Полицейский вошел следом. Медленно, устало. Достал из кармана бумагу, развернул.
— Господин Бурмистров подал заявление, — начал он монотонным голосом человека, который произносит эту фразу по десять раз на дню.
Я спокойно взял футляр, открыл, продемонстрировал часы.
— Пожалуйста, от полиции мы ничего не скрываем. Действительно, «Братья Звонаревы», модель «Капитанские».
— Мои! — Бурмистров потянулся к часам. — Наконец-то!
— Позвольте, — я отвел футляр в сторону. — Господин Бурмистров, опишите, пожалуйста, особые приметы ваших часов.
— Что еще за приметы? Золотые часы! Антикварные! «Братья Звонаревы»! Чего еще надо?
— Гравировку, например.
— Я же говорил! — он побагровел еще сильнее, что казалось физически невозможным. — На моих часах не было никакой гравировки! Это вы ее нацарапали! Специально! Чтобы не отдавать!
Я открыл заднюю крышку, показал полицейскому.
— «Любимому сыну от отца. 1823». Гравировке больше ста лет. Видите патину в углублениях? Это естественное потемнение металла. Невозможно подделать за день.
Полицейский наклонился, внимательно рассмотрел надпись. Потом выпрямился, вздохнул.
— Господин Бурмистров, если на ваших часах не было гравировки, а на этих есть, то это разные часы.
— Но… но… — редактор открывал и закрывал рот как рыба на берегу. — Это подделка! Они сейчас собираются выдержать положенный по закону срок, а после продадут их преспокойно, как «собственность без владельца»! Я же подал заявление заранее!
Я смотрел на этого беснующегося человека и думал, зачем ему это нужно? Забыть о гравировке нельзя.
Разрушить репутацию нашему новому предприятию? Но какой в этом смысл? Наши интересны ни в чём не конфликтуют. Ради чего сейчас изображать из себя клоуна?
Внезапно мне в голову пришла одна мысль.
— Господин Бурмистров, а вы свои часы потеряли где?
— Возле Рыбных рядов, — ответил он. — В заявлении указано.
— А эти найдены у моста Поцелуев.