Он смотрел на меня так, словно я только что сообщил, что являюсь императором Поднебесной и прилетел на драконе.
— Это невозможно, — сказал он. — О нём не было вестей уже двадцать лет. Лазурины утверждали что он мёртв.
Он говорил быстро, словно пытался убедить самого себя.
Я молча протянул ему перстень. Ажурная серебряная оправа окружала прозрачный кристалл, внутри которого переливалась живая капля воды. Она пульсировала в такт моему сердцебиению, то сжимаясь в точку, то растекаясь тонкой пленкой.
Громов взял его дрожащими пальцами.
— Это действительно он. — прошептал адвокат. — Перстень Аквилонов. Я видел его на руке вашего отца, когда мне было семь лет. Он приезжал к нам домой, обсуждал с моим отцом какие-то дела.
Он поднял взгляд на меня. Изучал мое лицо так внимательно, словно видел впервые. Или видел призрака. Или и то, и другое одновременно.
— Вы похожи.
Он отдал перстень обратно.
— Почему вы скрываетесь? — голос Громова дрогнул. — Отчего просто не заявили свои права?
— Потому что Лазурины не рады моему возвращению, — пояснил я. — Меня уже пытались убить, и Долгорукий далеко не первый.
Громов кивнул медленно, обдумывая услышанное.
— Много лет Лазурины укрепляли позиции. Прибрали к рукам фабрики, источники, земли. Подкупили нужных людей, — он усмехнулся. — Думаю, заяви вы свои права сейчас, окажется что вы владеете каким-нибудь лодочным сараем. Всё спрятано через посредников и представителей.
Он снова снял очки, потер переносицу. Жест усталого человека, который понимает, что впереди много работы.
— Но что-то можно сделать? — уточнил я.
— Вы ещё спрашиваете! — Громов гордо выпрямился. — Любой клубок можно распутать обратно."
"Он достал блокнот, начал делать пометки.
— У меня есть друг в Департаменте регистрации. Поможет с метриками. Коллега займется архивами сделок, надо определить все движения капитала.
Полина приблизилась к столику, но Громов покачал головой. Она понимающе кивнула и удалилась. Надо же, эта девушка может быть не только молчаливой, но и незаметной.