— И главное, — адвокат поднял на меня взгляд, — берегите себя. Лазурины пойдут до конца. У них слишком много поставлено на карту. Миллионы рублей, положение в обществе, связи.
— Я понимаю риски.
— Ну что же…
Громов азартно потёр ладони.
— Приступлю немедленно. Учтите, расходы потребуются немалые. Для меня это дело чести, но придётся привлекать людей. Возможно подкупать, все чиновники имеют свою цену. Вы готовы?
— Разумеется.
— Надо же… Лазарь Аквилон нырял за моим фамильным медальоном, — его вдруг озарило.
— Тише, — предупредил я его, поскольку последние слова он чуть не выкрикнул. — Всему кафе об этом знать не обязательно.
— Да, да, конечно, молчу, — он комично застегнул рот на замок. — Тогда не буду вас дольше задерживать, — Громов встал, не считая бросив на стол пару купюр. Видимо уже точно знал стоимость своего кофе. — Ваш номер у меня теперь есть, будем на связи.
Громов протянул руку. Рукопожатие было крепким, уверенным.
Я не помнил меню настолько хорошо, поэтому дождался счёта. Полина принесла сдачу. Оставил ей рубль на чай. Она просияла и даже сделала что-то вроде книксена.
Вышел на улицу. Солнце поднялось выше, разогнав утреннюю прохладу. Только я перестал быть Данилой Ключевским. Снова стал Лазарем Аквилоном. Хотя бы для одного человека. Но это был первый шаг.
* * *Лодка плавно набрала ход, рассекая утреннюю воду. Канал в это время напоминал оживленный перекресток.
Я управлял рычагом почти автоматически обдумывая ситуацию с Долгоруким.
Беглый преступник, загнанный в угол. Самый опасный тип противника — терять ему нечего, кроме жизни.
Но при всем своем отчаянии, Долгорукий не полный идиот. Нападать при свидетелях он не станет. Ему важно устранить меня, а не получить новые обвинения.
Так что дома я в относительной безопасности. У Елены Павловны есть другие жильцы и провернуть дело тихо не удастся. На любой крик сбежится половина квартала.
Золотову тоже ничего не грозит. Лавка на оживленной улице, покупатели заходят постоянно, рядом другие магазины.
А вот Надя… К ней какое-то время лучше не заглядывать. Пусть Долгорукий вообще не знает о её существовании.
Молодая женщина, живет одна. Идеальная приманка.