Но их хватило Женьке, чтобы добежать до проема. Он вкатил гранату внутрь, прыгнул в сторону, покатился по шершавому полу. Взрыв был глухим и трескучим.
Майор уже летел следом гигантскими прыжками, не мешкая, ворвался в крохотный склеп с одним входом. Феликс катался по полу, визжал от боли. Осколок покалечил ему голень. Бить негодяя не стали, он и так уже терял сознание. Андрей схватил его за шиворот, Несмелов – за здоровую ногу, потащили из подземелья, справились за несколько минут. На улице пекло солнце, ничего не изменилось.
– Перевяжи его, – приказал Андрей. – У немцев в ранцах должны быть аптечки.
– Почему я? – расстроился лейтенант.
– А кто? Ты видишь здесь кого-то еще?
– Так эта самая… – лейтенант хмыкнул. – ваша любовь – вроде здесь была.
Андрей завертел головой: куда подевалась Микаэла? Еще не испугался, но уже начал нервничать…
Появление «черта из табакерки» стало как гром среди ясного неба! Раздался топот – из-за машины выбежал немецкий солдат в полном обмундировании – комбинезон, автомат, – вскинул ствол, что-то грозно проорал. Контрразведчики оторопели, застыли как каменные – именно в этот момент их оружие висело за спиной. Не ожидали. Жаркая волна окатила с ног до головы.
Немца трясло, в лице не было ни кровинки. Губы что-то шептали. Он быстро вник в ситуацию. Палец уже давил на спусковой крючок… Но выстрел прогремел со стороны – откуда-то из-за машин. Солдат повалился, получив пулю в бок. Несколько раз протяжно вздохнул и задрожал…
Микаэла вышла из-за машины – бледная, с округлившимися от ужаса глазами.
– Вот же будьте здоровы… – потрясенно пробормотал Несмелов, выходя из ступора. – Не поверите, товарищ майор, вся жизнь перед глазами промелькнула, как эшелон… Вы уж берегите эту барышню, она нам сегодня жизнь спасла…
Ветер ворвался в голову.