На рукавах у них будут белые повязки. Пусть их не трогают. А банду Баркаса зато свободно смогут упрятать за решетку.
Бобовкин стоял как истукан. Он плохо разбирался в «понятиях» и боялся горячих ситуаций. Надеялся заниматься только охраной без всякого криминала, не понимая, что так не бывает. Ничего, один шаг, второй... А потом втянется!
– Кому позвонить? В РУОП?
– Тебе лучше знать. Чья это линия работы? Тем и звони...
– Крылову, – решил Центурион, набирая номер. Он подозревал, что тут что-то нечисто.
– Александр Семенович? Это Бобовкин. Располагаю интересной информацией...
Как раз в это время Крылов изучал принесенные Лисом документы. Он выслушал сообщение, черкнул координаты «стрелки» на календаре и вновь погрузился в бумаги.
– Это хорошо, – задумчиво произнес подполковник, откладывая последний лист.
– Давай еще подработаем, – предложил Лис.
Начальник оперативного отдела кивнул.
– Можно. Есть выходы на пишущую машинку, на которой печатались угрозы.
Лис встрепенулся.
– Кто печатал?
– Одну – Толстяк. Его не спросить, он куда-то пропал. Вторую – Надька, секретарша.
– Я ее расспрошу... Но надо пока возбудить уголовное дело по факту.
– В общем, да, – без энтузиазма сказал Крылов.
– А чего ты такой вялый?"
"– Воронцов вот-вот станет депутатом. И Нырков не хочет лезть в это дело, – откровенно объяснил подполковник. – Говорит, шуму много, а толку никакого.
– Вот как! – Лис зло усмехнулся.
– Скорей всего так и получится. Твоего юриста засудят, еще какую-то мелочовку.
– А ну, расскажи подробней! – оживился Лис.
Крылов пересказал сообщение Бобовкина. Коренев задумался.
Начальник оперативного отдела потянулся к телефону внутренней связи, но наткнулся на жесткую ладонь.
– Сообщу Ныркову, подготовим СОБР, – пояснил он, отводя руку Лиса.
– Не надо, – ладонь легла на аппарат.
– Почему? – Крылов не понимал бывшего сослуживца.