Грейп, я на тебя надеюсь! — Сергей бросил на свея многозначительный взгляд.
— Все будет правильно, хёвдинг, — пробасил тот. — Насильно никого не нагнем. Сколько людей с собой возьмешь?
— Думаю, двоих будет достаточно.
— Четверо! — безапелляционно заявил Грейп. — Не то Дёрруд мне кишки на столб намотает. Где он сам?
— Пирует, — усмехнулся Сергей. — Его право — первое.
— Кто бы спорил, — Грейп повернулся к воинам: — Вы четверо — с хёвдингом. И… — Он задумался. — Лодур, ты тоже. — И Сергею: — Если что нужно будет, пошлешь его к нам.
— Зачем тебе столько солдат? — спросила патрикия, когда сопровождающие определились. — Какой грабитель рискнет напасть на таких, как вы?
— Дело не в риске, — пояснил Сергей. — В наших краях риксу невместно ходить без сопровождения.
— А ты — рикс? — Юлия подняла подкрашенную бровку. — Мой брат не говорил.
— Я — князь (небольшое преувеличение не повредит) и сын князя. А князь — это все равно что конунг, или рикс по-вашему.
— Вот как? — Маленькая ручка в кружеве перчатки поправила край вуали, да так ловко, что наружу выскользнула прядка рыжих волос.
— С удовольствием!
Шестеро рабов-носильщиков (эти — без удовольствия!) воздвигли на плечи потяжелевший вдвое груз, и процессия двинулась. По осевой линии, разумеется. Народу на улице немало, но привилегированные сословия во все времена — привилегированные. Впереди — слуги с факелами, за ними — глашатаи с дубинками, орущие «Посторонись!», за глашатаями — окруженные дружинниками носилки.
Внутри носилки патрикии оказались меньше, чем казалось снаружи. И сиденье было только одно — для самой хозяйки. Сергею пришлось разместиться на полу. Ну как на полу: на разбросанных по ковру подушках. Зато прекрасная возможность убедиться, что туфельки у патрикии обычные. То есть — без каблучков. Значит, она и впрямь высока.
Надо полагать, Сергей и был приглашен в сей паланкин для того, чтобы продемонстрировать эти самые ножки, потому что расстояние между двумя домами было метров триста, не больше. Можно было и пешком пройтись. Теоретически.
Но — нельзя. Приличия не позволяли. Статус знатной дамы. Это как степному хану пешком ходить.