Оба спутника декарха, тоже варанги из свеев, захихикали.
— Так это у нас, у синих, а там чужой квартал, — пояснил Хольмстейн. — Там собираются прасины. Зеленые.
— Зеленые? — не понял Дёрруд. — Это кто?
— Партия такая[1], — сказал подошедший Сергей. Слово «партия» он заменил словом общество, потому что в нурманском слова «партия» не было. — На гонках колесниц ставят на тех, кто в зеленом.
— Ага, — подтвердил Хольмстейн, ухмыляясь.
— А на кого ставите вы? — спросил Сергей.
— Мы же императорские. Мы за венетов, синих.
— Вы о чем? — спросил Рёрех.
— Хольмстейн выпить предлагает.
— Я готов! — немедленно отозвался Рёрех.
— Зеленые, говоришь? — Сергей заподозрил, что все не так просто. — И большая таверна?
— Нам хватит! — заверил Хольмстейн.
Потому внимательно оглядел Сергея и спросил:
— Не хочу тебя обидеть, Вартислейв-хёвдинг. Я знаю, что с оружием ты хорош. И вообще хорош, я ж не слепой, видел, как ты с копьем прыгал. Не хуже хольда из Скоген Лифер[2]. Но там, куда мы идем, там немного другое.
— Невелик? — угадал Сергей. — Ну да, есть такое. Но это с годами пройдет. Я еще расту! — Он засмеялся.
— Не, нормальный у тебя рост, если по-ромейски прикинуть, — сказал Хольмстейн. — Только, если без железа, это по-другому биться надо. И тут лучше бы покрупнее быть. Чтобы хлоп! — Он треснул кулаком по ладони. — И лежит!
— Не сомневайся, — заверил Сергей. — Размер, конечно, имеет значение, но, поверь, я умею и без железа.
Не поверил. Оглянулся на Дёрруда.
Убийца весело скалился. Предвкушал.
«Говоришь, хлоп — и лежит, — подумал Сергей. — Ну как скажешь».
— Схвати меня, — предложил он варангу.
Хольмстейну дважды предлагать не потребовалось. Тут же выбросил лапу, вцепился в край шелковой рубахи, потянул к себе.
Сергей не сопротивлялся. Этак можно и рубашку порвать, что точно лишнее. Так что он сам скользнул к Хольмстейну, полуповоротом ушел немного в сторону и, оказавшись сбоку, ударил декарха пяткой под колено, в точку «крепления» мышцы.
Нога Хольмстейна повела себя ожидаемо: онемела и согнулась. Нурман, теряя равновесие, повис на рубахе Сергея, и наверняка порвал бы дорогой шелк, если бы Сергей не взялся за широченное запястье и не помог Хольмстейновой лапе встать в правильное положение. Рывок — пальцы разжались, и огромный нурман прилег на травку.
Впрочем, Сергей немедленно изменил хват и помог декарху встать на ноги.