Даже огнем дышать. Главные представления вечером начинаются. А это так, для разминки.
— Брось монету, варвар! — крикнул один из акробатов. — Не жадничай! Где еще такое увидишь!
Выгнулся в мостик и пошел чудным уродцем, запрокинув голову.
— Что он сказал? — спросил Дёрруд.
— Хвастается, — пояснил Хольмстейн. — Говорит: нигде больше такого не увидите.
— Да ладно, — махнул рукой Рёрех. — Вот так псиной пройтись любой детский сумеет.
Но кое у кого было другое мнение. На песок упало несколько медных монет, которые акробат, не меняя позы, подобрал и закинул в рот.
Небольшой цирк, в котором столичные гимнасты устроили представление, принадлежал венетам. Одной из столичных партий. Ну да, здесь были партии, в этой сугубо монархической державе. Со своими кварталами и личной городской стражей. Все — с полного одобрения императорской власти. Потому что для полноценного бунта требовалось единство этих самых партий. А это как надо допечь тех, кто веками копит взаимную неприязнь, чтобы они объединились.
Хотя бывало и такое.
Нынче в столице тоже неспокойно. Пусть самих горожан осада затрагивала некритично, но у многих за стенами была родня. И имущество. И цены в городе поднялись уже процентов на сорок. В том числе и на съестное. Кому такое понравится?
Император посулил в конце месяца представление и гонки колесниц. Но посвященный Юлию Кесарю месяц только-только перевалил за первую декаду.
— Что они говорят? — спросил гимнаст посмуглее у белобрысого партнера.
— Это по-словенски, — прогнусавил белобрысый, широкий, мощный, с расплющенными ушами и свернутым набок носом. Во всяких акробатических фигурах его место было в самом низу. — Говорят: у них так даже дети умеют.
Смугляш возбудился.
— Это этерия! — воскликнул он. — Они богатые!
Он сорвался с места, прошелся колесом, встав в двух шагах от варягов.
— А вот так можешь? — азартно выкрикнул смугляш.
И крутанул сальто назад. С места.
— Думает, я так не смогу? — усмехнулся Рёрех.
— А ты сможешь? — заинтересовался Хольмстейн.
— Интересно попробовать. Пусть еще раз покажет.
— Еще разок повтори, — велел гимнасту Сергей.
Гимнаст присел, взмахнул руками… Пришел не так чисто, как в первый раз.
Рёрех смотрел очень внимательно. Фиксировал каждую деталь. Сальто он уже видел. Скоморохи и не так крутились. Но сам — вряд ли делал. В воинской науке такое не практикуется.
— Еще раз! — Сергей бросил на песок серебряный милиарисий.