Град вражеских стрел тут же иссяк. Дёрруд, сориентировавшись, развертывать хирд не стал, собрал клин с собой, Грейпом и Тейтом на острие, а затем, с грозным ревом, бегом, по утоптанному снегу — к пытавшимся собрать строй лесовикам.
Надо отдать должное кирьялам: они не запаниковали. Суетящийся, размахивающий руками Корлы поспешно выстраивал линию щитоносцев. Терпящие урон стрелки тоже проявили себя достойно: дали залп «прямой наводкой» в набегающих варягов.
— Крепь! — громогласно рыкнул Дёрруд.
Увидав вскинутые луки, он первым упал на колено, заскользив по снегу.
Кочень охнул. Даже через качественную кольчугу и толстый зимний подкольчужник вышел очень сильный удар.
Брошенный вниз взгляд… И облегченный вздох: не пробила. «Рожки» наконечника торчат. Увяз в двойном плетении.
— Вперед! — взревел Дёрруд.
Команда вымела из головы Кочня недавний испуг и вообще все мысли, бросила вперед: не «отпускать» ведущего — это основа. Кочня толкнули плечом: сосед слева поскользнулся.
А потом — знакомый треск разбитого щита, хрусткий мокрый звук разрубаемой плоти, дикий вопль, на миг перекрывший рев атакующих…
Железный клин врезался в зыбкий строй лесовиков и разорвал его, как охотничий срез разрывает мелкую птичку. Кочень выбросил вправо меч, целя в чью-то меховую шубу… И поразил мертвеца. Кто-то уже успел развалить тому голову.
Следующую команду Кочень скорее угадал, чем услышал. Атакующий клин организованно распадался, разворачиваясь в цепь, охватывая фланги дезорганизованной толпы, в которую превратилось вражеское воинство…
Кочень пинком отбросил топор, лежавший слишком близко к стоявшему на коленях (голова опущена, руки подняты) лесовику.
Они победили. Как всегда.
— Что теперь? Убьешь меня? Нурманам своим отдашь? — Корлы кивнул на Убийцу.
В бою кирьяльский вожак почти не пострадал. Так, помяли немного и придушили. Трупами. «Повезло» ему попасть под отвал нурманского клина.