Сначала на ногах не устоял, а потом несколько покойников сверху легло, которых утоптала пара десятков ног. Если кто подумает, что это легко, пусть нацепит броньку в пуд совокупного веса и уложит сверху еще десять пудов. Когда «военного вождя всех кирьялов» избавили от гнета, он хоть и дышал еще, но уже даже не через раз."
"— Убить тебя… — задумчиво проговорил Сергей. — А смысл? Муж ты крепкий, раз выжил. Гривен пять серебра за тебя можно взять. А если до ромеев довезти, то и двадцать пять.
— Из меня плохой раб, — мрачно возразил Корлы.
— Точно к ромеям, — одобрительно прогудел Дёрруд. — К веслу или в цирк. Они строптивых да здоровенных ценят.
— А может, за тебя твои выкуп дадут? — поинтересовался Сергей.
— Может, — буркнул Корлы. — А может, и нет. Без меня каждое племя наше само за себя говорить станет. А моя родня важная со мной была, и вы всех побили.
Сказал и пригорюнился.
— Не всех, — возразил Сергей. — Десятка три, да, ушли за Кромку, раненых тоже много, но сотню с лишком мы живьем повязали.
Надо же, воспрял чуть-чуть. Выходит, переживал за своих больше, чем за себя. Плюс ему.
— Ты мне вот что скажи, вождь военный: откуда у вас, кирьялов, луки воинские? — спросил Сергей. — У всех такие есть?
Корлы Сильный Делом не ответил. Сразу. Потом глянул на Дёрруда и решил, что запираться не стоит. Все равно разговорят.
— Не у всех, только у моего рода, — буркнул он. — От дедов остались.
— А у тех откуда?
— Мы и сами луки неплохие строить умеем, но эти в боях взяты были.
Забавно. Это с кем же они воевали?
— Пускай так, — не стал выяснять детали Сергей.
Ему в голову пришла интересная мысль. Перспективная.
Народ кирьялы многочисленный и своенравный. Во всяком случае, зубки о них обломали многие: и белозерцы, и новгородцы, и иные охотники до чужого, вроде тех же свеев. Тронь одно племя, и другие тут же вступятся. Но это они против чужих такие недружелюбные и монолитные. Если такого вот Корлы немного усилить, то через него можно со всеми кирьялами взаимоотношения выстроить.
— Хочешь, отпущу тебя? — предложил Сергей. — Просто так. Без выкупа. И тебя, и людей твоих.
Дёрруд громко откашлялся. Ну да, кирьялы ж — общая добыча. Дружина не поймет.
— Сигтрюггсон, если ты заболел, пойди горячего хлебни, — отчеканил Сергей по-нурмански. И по-словенски: — Так что ты скажешь, вождь?
— Скажу: что взамен? — Корлы чуял подвох.
Которого не было.