Но ты тоже попытайся понять!
- А я, по-твоему, дурак?.. Просто тетя Оля... Ну, я не знаю... Она таким человеком всегда была - мягким, добрым. Только вот с Маринкиным мужем у неё не заладилось. Наверное, ревновала сильно, что единственную доченьку какому-то чужому мужику отдала. Она ведь её, считай, для себя родила, тряслась над ней всю жизнь.
- А Маринин муж, он что из себя представлял?
- Да, не знаю. Я с ним виделся-то всего пару раз. Вроде, нормальный был мужик. Тоже веселый, умный. И к Маринке хорошо относился, и тещу не норовил с балкона сбросить.
- И что с ним случилось? - я тоже легла рядом и осторожно погладила его по щеке. - Из бабулиного рассказа я что-то ничего толком не поняла.
- Вполне нормально. В этой истории до сих пор никто из родни ничего не понимает. Я-то так, с маминых слов, знаю... В общем, однажды вечером он ушел из дома и не вернулся. То ли с Маринкой поругался, то ли что еще. А на следующий день на мосту нашли его шапку, ботинки зимние и записку: мол, в моей смерти прошу никого не винить, прости меня, Марина.
- Слушай, но насколько я поняла, у вас речка - отнюдь не Миссисипи?
- Да не Миссисипи. Но есть задаться целью - утонуть можно.
- Так и тело найти можно!
- Так если ни под какую корягу не утащит!
- Ясно, - я сдула с носа тонкую прядь волос и уставилась на люстру с тремя округлыми розовыми плафонами. От ламп по потолку расходились неровные концентрические круги.
- Что тебе ясно? - Леха приподнялся на локте. - Что у нас вся семейка - ""того""? Не маньяки, так шизики?
- Перестань. Я вовсе не думаю ничего такого про твоих родственников... Просто предложила тебе разобраться, но если ты не хочешь...
- Максимум, что я могу - это напроситься в гости к Маринке.
- Леш, ты только пойми: я не заставляю тебя ничего предпринимать. Это, прежде всего, твое дело. Я тут - ""сбоку припеку"".
- Ладно, - он рывком сел и так же резко вскочил на ноги, - пойду позвоню.
Он предупредил меня обо всем: о том, чтобы я без спросу не лазала по книжным шкафам и не пыталась самостоятельно искать репродукции, о том, чтобы не слишком часто напоминала о смерти тети Оли и, тем более, о гибели Андрея. Но почему-то не предупредил о том, что мне предстоит увидеть, поэтому в первую минуту знакомства я глупо и неловко раззявила рот.