На крыльях

Мне показалось, что в играющей живой музыке я явственно услышала нечто похожее на «Зелибоба».

Однако поцелуй молодых вышел почти невинным и в чем-то даже трогательным.

После начались поздравления: я крепко обняла Нину, пожелав ей всего самого лучшего в браке, за что она незаметно ущипнула меня в бок, и сказала Келле, так, чтобы подруга не слышала:

– Спасибо, что сделал ее счастливой.

Келла улыбнулся и подмигнул мне.

Кезона, сколько я не оглядывалась по сторонам, мне увидеть не удалось. Хотя какое-то время мне казалось, что старичок на третьем ряду, на чью грудь падала шикарная борода, – это и есть он.

Однако выяснилось, что это – двоюродный дед Келлы. Зато среди родственников Нинки я заметила саму Эльзу Власовну, элегантную и самодовольную, в сиреневом элегантном костюме, перчатках, шляпке и с огромным колье на шее. Она так иронично смотрела на молодоженов, что мне захотелось улыбаться. Кажется, старушка знала, что делает, но вот зачем она так играет с жизнями Нинки и Келлы, я представляла весьма смутно. Разве что хочет воссоединить их сердца.

– Какой, говоришь, стиль у свадьбы? – услышала я ее высокий голос уже после регистрации, когда мы спускались вниз. И одна из родственниц отвечала:

– Эклектик, тетя Эльза.

– А я думала, убогость, – фыркнула пожилая женщина. – Не свадьба, а торжество безвкусицы. Милочка, а что это у вас в ушах, – обратилась она к одной из племянниц, которая крутилась вокруг нее, пытаясь задобрить.

– Серьги с бриллиантами, – отвечала та.

– О! А мне показалось, что ты вставила в свои уши ручки от помойного ведра.

Кстати, а что это за криминальный элемент? – покосилась Эльза Власовна на Папу, прибывшего с охраной и смотревшего на церемонию весьма сурово.

– Не знаю, тетя…

– Это не ново.

– Но спрошу у Ниночки! – пообещала родственница. Та, не будь дуррой, сказала, что это – родственник Келлы, а не ее знакомый, которого Нина пригласила на свадьбу в корыстных целях – знала, что Папа сделает ей отличный подарок.

Единственное, что меня насторожило на выездной церемонии – так это присутствие Матвея, который сидел рядом с Ниночкиным крестным.

Он, однако, был совершенно хладнокровен, хлопал вместе со всеми молодоженам и смотрел спокойно, но как-то уж слишком пристально. Мы встретились взглядами, и он мне холодно улыбнулся. Я вернула улыбку и отвернулась.

– Кто это? – тотчас встрял Антон.

– Давний поклонник, – хихикнула я, подначивая его. Но, видя, как у него вытягивается лицо, сообщила:

– Не мой, успокойся. Ниночкин.