– Тогда там будем только ты и я, – ответил он, смотря мне в глаза.
– Потому что море – это ты? – я не могла не улыбнуться.
– Потому что море – это ты, – эхом откликнулся Антон и сказал, осторожно касаясь волос, которые волнами рассыпались у меня по плечам:
– Твоя обычная прическа мне нравится больше.
– Вечно все испортишь! – сощурилась я.
– Я просто привык говорить правду. И браслет мне тоже не нравится. Но в этом платье ты хороша.
Это меня почему-то рассмешило, и я поцеловала Антона, чувствуя на его губах слабый привкус шампанского.
Вскоре мы приехали на место регистрации.
Она проводилась на крыше самого большого в городе отеля со звучным названием и чудесным видом на простирающиеся внизу улицы. Там нас ждали заранее расставленные белоснежные, украшенные воздушными лентами стулья, находящиеся напротив импровизированной арки из пышной цветочной композиции. Цветы на крыше были всюду: белые, розовые, персиковые, голубые, лазурные, сиреневые, песочные, малиновые – казалось, что их бесчисленное множество.
– Мама, мама, как красиво! – услышала я детский восхищенный голос – какая-то девочка лет шести с огромным бантом на голове с восторгом смотрела на цветы. Рядом с ней стояли девушка в голубом платье в пол и высокий мужественный молодой мужчина, довольно похожий на Келлу, только коротко стриженный и без дерзости в глазах.
Один из старших братьев Келлы со своей супругой и дочерью.
– Тетя Варя уже приехала? – спросил он у жены, явно веселясь. – Ей плохо станет, когда она все это увидит.
– Насчет тети Вари не знаю, но тетя Наташа уже в состоянии, близком к обморочному, – хихикнула его супруга. Я проследила за ее взглядом и узрела плотную женщину с поджатыми губами, которая прищуренным взглядом окидывала крышу и гостей. – Алина! – воскликнула девушка, видя, что девочка тянется к цветам на столике, пытаясь оторвать один из них.