На крыльях

Третьего числа, в зависимости от того, что ты выбрал, тебе придется ехать или на фест, либо к ней.

– Я классно придумал? – с гордостью спросил Кезон.

– Ты больной? – уточнил Антон, и теперь в его голосе слышался металл. – Ее не впутывай.

– Не могу, прости, – без доли раскаяния в голосе отвечал Кезон. – Я вдохновлялся у тебя.

– А если я тебя обману? Расскажу ей все? Скажу, что поеду на фест, но мое сердце всегда с ней? – спросил насмешливо Тропинин, который держался молодцом. Как будто бы уже знал, какой выбор совершит.

– Я тебе сейчас все раскидаю, – дружеским тоном сообщил Кезон. Теперь ветер принес аромат полевых трав, хотя откуда им тут взяться? – У нас есть два варианта. Как ты уже догадался, я многое знаю о Кате и, возможно, узнаю и то, что ты растрепал наш с тобой общий секрет. В таком случае я, как человек, которому принадлежат все права на группу, просто распущу НК. Как ты понимаешь, ни у кого из парней, как бы я всех не обожал, будущего не будет. Ты знаешь, кто я и что могу.

А что не могу я, может Гектор. Или мои друзья. Рок – это бизнес. И ты попадешь в черный список, Антоха. И Келла, и близнецы, и Арин. Мне придется сделать это, – с извиняющимися интонациями сказал Кезон. – Потому что таковы правила игры. А ты знаешь, что от них отступать нельзя. Ты ведь не отступал до последнего?

– Я никогда не отступаю, – произнес Кей. – Продолжай.

– Спасибо, что разрешил, маэстро, – шутливо отозвался Кезон. И вновь его голос стал серьезным. – И второй момент, очень тонкий.

Катя – девушка. А девушки любят, когда в любой ситуации выбирают их, даже если они утверждают обратное. Ты скажешь ей: я выберу фест, но на самом деле я, конечно же, люблю тебя, детка. Это породит сомнение в тебе, крохотное, но сомнение. А там где сомнения, там и я. Я ее не оставлю. И докажу, что достойнее тебя.

– Возомнил себя Мефистофелем? – едва слышно спросил Антон. Кезон чувствовал, как в нем волнами ходит гнев. И беззвучно смеялся.

– Ангелом-хранителем, – усмехнулся Кезон.

 – Говори, что выбираешь. Я уже устал. Без чего не можешь жить?

По небу пролетела падающая звезда, и темноволосый музыкант подумал, что это – хороший знак. Катя будет его. Копию он сломает.

– Музыка, – очень тихо, не своим голосом, сказал Антон, и Кирилл с трудом расслышал его.

– Что? – переспросил он.

– Дай шанс, – вдруг сказал Тропинин голосом человека, в душу которого вгрызлось отчаяние. – Не мне, моим парням. Им нужен этот шанс. Им нужна эта группа.