Кто бы сомневался, что Антон сможет забросить свою мечту в дальний темный угол? А мечты друзей? Наверняка он считает себя капитаном корабля и не захочет топить вместе с собой парней. Он-то, может, и выплывет. А они?
Кезон знал, что Кей выберет музыку.
Он бы сам выбрал музыку.
– О’кей, – сказал Кезон удовлетворенно. – Тогда жду тебя на фесте. И забираю Катю, да?
– Дай им шанс, – очень медленно повторил Антон, явно ломая себя.
– Ты не сможешь с ней видеться, – пригрозил Кирилл. – И рядом с ней буду я. Как она целуется? Ладно, не отвечай, не стоило спрашивать.
Больше они ничего не сказали друг другу, и одновременно сбросили вызовы.
Кезон думал, что это будет весело, но на душе у него отчего-то было погано. От былого веселья не осталось и следа.
На афтепати он не вернулся – уехал в гостиницу.
Май
Ранним утром первого мая мы с Ниной прибыли в аэропорт, предвкушая полет. Прибыли мы за полчаса до регистрации на рейс, и пока ждали ее начала, я пошла купить воды.
Альбина узнала меня и поздоровалась. Я настороженно кивнула в ответ.
– Не стоит носить это, – она посмотрела на мой телефон, зажатый в руке. В голосе ее слышалось предостережение. Она улыбнулась и исчезла в толпе.
Я растерянно взглянула на телефон, к которому цеплялся брелок – подарок Кирилла из Мехико. И подумала, что Альбина совсем сошла с ума.
"Вскоре мы с Ниной в самолет, который доставил нас до столицы, а затем полетели в Нью-Йорк, прямым рейсом, через Атлантический океан. Я впервые совершала такой длительный перелет – почти десять часов. За это время в самолете я успела и поспать, и поесть, и налюбоваться небом, и посмотреть несколько фильмов, и даже поиграть – в кресла были вмонтированы небольшие мониторы, а к ним прилагались наушники и пульт. Изредка мы переговаривались, считая часы до прилета.
Честно говоря, даже не верилось, что вскоре мы с подругой не просто окажемся на крутейшем рок-фесте, а увидим ребят. Я ужасно скучала по Антону, и, хотя прошло около месяца после нашего расставания, чувствовала себя безумно одиноко. Нинка, конечно же, никак не показывала, что скучает по Келле, зато кровожадно повторяла, что, если вдруг увидит его с какой-нибудь девкой, она оторвет ему то, чем потом можно будет жонглировать.