– Послушай, мама, – недовольно произнес он, – может быть, мы с мисс Прим уж как-нибудь сами разберемся, жениться нам или нет?!
– Не жениться на ней ты теперь уже не можешь, – не терпящим возражений тоном отвечала герцогиня. – Ты что, забыл, что поклялся ее брату?
– Попробуй тут забыть! – недобро усмехнулся Брэй. – Забыть не дадут – сто раз напомнят.
– Я понимаю, мой мальчик, – покачала головой герцогиня, – что найти общий язык с мисс Прим тебе будет непросто. Но запомни: только счастье, завоеванное усилием, настоящее… А теперь я, пожалуй, поеду домой.
Брэй рассеянно смотрел вслед удаляющейся матери. Как обычно, ни поцелуя на прощание, ни даже формального объятия… Впрочем, это и не удивительно: между ними никогда не было ни любви, ни духовной близости – разве что взаимное уважение.
Внезапно Брэю пришло на ум, что за всю свою жизнь он ни разу не видел мать плачущей. Возможно, когда-нибудь герцогиня и плакала или даже рыдала, но при сыне – никогда.
Брэй вдруг ясно понял, что ему сейчас нужно делать. Поставив свой бокал с шампанским на стол, он отправился разыскивать миссис Колтраст. Три раза его останавливали какие-то знакомые, пытаясь завязать с ним разговор, но Брэй всякий раз отвечал: «Извините, спешу!»"
"Наконец Брэй увидел миссис Колтраст, беседовавшую не с кем иным, как с Харрисоном.
– Мое почтение, миссис Колтраст, мисс Гвен! – поклонился Брэй. – Вы обе сегодня прелестно выглядите!
– Рада, что вы это заметили, ваша светлость! – улыбнулась миссис Колтраст.
– Позвольте полюбопытствовать: почему я не вижу мисс Луизы?
– У нее разболелась голова, – ответила миссис Колтраст. – И, как она утверждает, виной в этом вы, ваша светлость!
Эти неожиданные слова кольнули Брэя словно иголка.
– Я? – недоуменно переспросил он.
– Луиза сказала, что вы явились в наш дом вскоре после того, как Гвен уехала с мистером Стандишем, и пригласили ее и младших девочек посмотреть какое-то кукольное представление в парке.