Давай позвоню Мишане, дотащим жмурика до выхода на каталке. Мол, какой-то пациент. А там погрузим в машину. Камеры у вас есть на входе? Здесь я точно не узрел."
"– У заднего входа нет, – вновь наклоняюсь к этому уроду и, попутно обдумывая, как это все можно разрулить без последствий, вновь зачем-то прикладываю руку к его шее. И вот парадокс – он жив. Зашибись.
– Леш, без шуток, я сейчас все устрою. Девочку только эту надо найти по срочному, а то еще ляпнет чего или придет с повинной, – уже совершенно другим голосом произносит Петя.
– Он жив.
– Хм… тогда предлагаю добить сосулькой. Я скажу Мишане, чтобы где-нибудь достал.
– Петь, как тебя самого не грохнули раньше?
– А я притворялся более тупым, чем есть, и никто не знал, что на самом деле я та еще хитрожопая умняшка. Это что-то типа ввести собеседника в заблуждение. Все, Алексей Батькович. Нет тела – нет дела. Придет в себя эта мразота и сто процентов заявит. Его надо добивать, Леш. Я реально знаю, куда деть труп.
– Ты сейчас такой серьезный, что пугаешь меня.
– Хорошо и грамотно прятать труп, Леша, это тебе не писю в писю пихать. Ну что, добиваем?
– Добью, – многозначительно произношу я. – Обязательно добью.
Глава 2
Я напоминаю себе невротика, нервно отбивающего пальцами подлокотник кресла. В голове полный раздрай. И все чаще стали появляться дурные мысли. А что если Женя сделает какую-нибудь дичь? Или уже сделала? Ее возможный поход к ментам, спустя почти сутки после случившегося, уже не кажется чем-то ужасным, как предполагалось ранее.
Когда на экране мобильника высвечивается незнакомый номер, я как умалишенный вскакиваю с кресла и беру трубку.
– Да.
– Здрасте.
– Тая?
– Ага. У меня ничего не случилось, просто…
– Что?
– А вы не знаете, где может быть Женя? Я ей звоню весь день, а у нее телефон не работает или сел. Может, вы снова рядом с ней или она с вами, – нет, не снова. – Мне просто сон нехороший приснился про нее, вот я думаю, может, что-то случилось.
– Все с ней нормально, я ее вчера видел. У нее просто телефон сломался.
– Не обижают. Я вообще одна дома. Никто не мешает. Мама только что ушла на работу, у нее ночная смена, а Стас еще вчера ушел из дома. Наверное, навсегда.
– Это как понять? Почему навсегда?
– Ну они с мамой поругались. Сильно.