Пологий склон, поросший травой и мхом, тут и там был утыкан небольшими домишками и шатрами, между которых вяло проезжали телеги, сновали пешие и всадники. Несмотря на позднее время торговля шла весьма бойко: вокруг стоял такой галдёж, что в голове невольно зазвенело – все нахваливали свой товар и подзывали к себе, пихались, толкались, будто бы от этого зависела их жизнь. Возможно, именно так и было. Доносились даже прекрасные, дурманящие запахи мяса и алкоголя, костров, весело звенели деньги, переходя из рук в руки, множество голосов сплелись в один шумный, бурный поток, который как-то успел подцепить меня.
И я уже шёл впереди Аэлирна и гнома, лавируя между прекрасными существами, большими глазами глядя на всё вокруг и слушая, слушая, слушая с жадностью изгнанника, вернувшегося домой. Я вылавливал сперва только слова, затем стали всплывать фразы и целые предложения, и как-то неуловимо я всё успевал услышать и подметить. Сияли пульсары, масляные лампы, и всюду были радостные, оживлённые лица – я видел эльфов, нескольких оборотней и даже не совсем понятных мне существ, лица которых были покрыты едва заметной чешуёй.
Они напоминали змей, но при этом вели себя весьма дружелюбно, держались небольшой группой и, кажется, успели побывать у каждого торговца – за ними следом ехала нагруженная телега. А пока я зевал по сторонам, Павший подхватил меня под локоток и легко завёл в один из самых больших шатров. Кругом были в небрежности навалены латные доспехи и кольчуги, шлемы, а вдоль хлипких стенок, подрагивающих под порывами свирепого горного ветра, стояли стойки с оружием.
Чего здесь только не было! И глаза мои разбегались в стороны, не зная, на чём остановиться – на изящных саблях, на внушающих страх острых, грозных мечах, на кистенях или на огромных секирах и топорах. Впрочем, здесь было столько оружия, назначения которого я не знал, что даже становилось немного стыдно.
– О, ещё посетители без доспехов и вооружения! – тут же к нам почти что подкатился круглый, румяный и едва не сияющий гном, глянув на нас с Аэлирном снизу вверх.
– Я бы хотел, чтобы вы немного привели моего сына в приличный вид, а то страшно его выпускать на тракт одного, – блеснул очаровательной улыбкой мой хранитель, а когда я открыл рот, чтобы начать возмущаться, он весьма болезненно стукнул меня по затылку крылом.
– Всё будет! – и торговец потащил меня к горе доспехов.
