— Этот метод сработает! — глаза Сюэ Чжэнъюна засияли, как будто он увидел свет в конце тоннеля.
Таньлан снова улыбнулся и продолжил:
— Почему глава так спешит? Я еще не закончил. После того, как старейшина Юйхэн восстановит свой первоначальное облик, он все равно не сможет интенсивно практиковаться. Как только его духовная сила будет истощена, действие эликсира проявится вновь и он снова станет ребенком.
— Слишком много? Это сколько? — воскликнул Сюэ Чжэнъюн.
— Сок дерева уже распространился по всему его телу.
Голос Чу Ваньнина был холодным и твердым, как железо:
— Граница мира мертвых часто нарушается злыми духами, для ковки духовной брони также нужна магия. Используя духовные силы два раза в день, я буду все равно что бесполезный калека.
— Тогда я ничего не могу поделать, — Таньлан притворно тяжело вздохнул. — В конце концов, если человеческий мир потеряет хозяина ночного неба Бессмертного Бэйдоу, сможет ли завтра солнце подняться над горизонтом?
Рядом с ним встревоженный Сюэ Чжэнъюн возразил:
— Не говори глупостей, Таньлан.
Старейшина Таньлан насмешливо перебил его:
— Глава, наш Бессмертный Бэйдоу подвергся воздействию древнейшего духовного эликсира, а не какого-нибудь обычного яда. Как вы думаете, какой способ лечения я могу придумать за минуту?
Сюэ Чжэнъюн: — …
— Я собираюсь заняться алхимией, — Таньлан всем видом показал, что разговор закончен.
— Старейшина Таньлан! — глава хотел сказать что-то еще, но Чу Ваньнин уже повернулся к двери и спокойно произнес:
— Глава, пойдемте.
Уже на пороге они услышали голос старейшины Таньлана:
— Чу Ваньнин, откроете ли вы свой ум и будете ли скромны, если я соглашусь помочь вам? Хотя я никогда не видел такой ситуации раньше, уверен, что смогу найти способ справиться с этим.