Общительный Шустов состоял в дружеских отношениях с канцелярией и всеми секретаршами Московского полицейского управления, собирая для своего шефа циркулирующие слухи и сплетни.
— Что за ЧП?
— Семь ритуальных убийств меньше чем за трое суток.
— Маньяк?
— Или секта маньяков. Убийства следуют одно за другим. Все по одному сценарию, и все в разных местах.
Корнилов задумчиво затянулся сигаретой и еще больше прикрыл глаза."
"Работа созданного им отдела специальных расследований была направлена в первую очередь против московской организованной преступности.
Тут будет реклама 1
За четыре года майор сумел достичь в этой сфере уникального — стопроцентного — результата. Он ухитрился раскрыть все порученные дела, отправить за решетку почти всех главарей московских преступных группировок и заслужить славу лучшего полицейского страны. Журналисты обожали писать о его успехах, и, во многом с их подачи, обыватели были уверены, что Корнилов может все. К сожалению, не только обыватели.
Тут будет реклама 2
Мэр постоянно настаивал, чтобы отдел занимался самыми громкими делами, вызывающими наибольший общественный резонанс и требовавшими быстрых и решительных действий. Некоторое время назад Андрею поручили поймать Вивисектора — кровавого маньяка, наводившего ужас на Москву. Корнилов остановил преступления. Как — другой вопрос, но остановил. Он не любил вспоминать об этом деле, и генерал Шведов, начальник Московского полицейского управления, дал своему лучшему сыскарю слово, что отдел специальных расследований никогда больше не будет заниматься «непрофильными» преступлениями.
Тут будет реклама 3
Однако Андрей понимал, что секта, совершающая ритуальные жертвоприношения, была для Шведова серьезным поводом, чтобы нарушить данное слово.
— Это поручат нам?
— Ходят слухи, что завтра утром генерал предложит тебе разобраться с этими убийствами, — подтвердил Шустов.
Корнилов поморщился.
— Общественность уже в курсе? Майору чаще других полицейских приходилось мелькать на экране, но делать это он не любил.
Тут будет реклама 4
— Журналисты знают только об одном случае. Всей картины у них нет, иначе в городе давно началась бы паника.
— Что у нас есть?
Сергей положил на стол папку:
— Я скопировал материалы. Знал, что тебя заинтересует это дело.
— У жертв есть что-нибудь общее?
— Это проверяется, но кажется, что — нет.
— Кто был первым?
— Севастьянов.
