"
"— Мне кажется, это важно, — продолжил князь. — Что побудило Богдана пойти на преступление?
— А мне кажется, что это простое любопытство, — с легким раздражением буркнул Сантьяга. — Я не cобираюсь позволить командору закончить Аркан, поэтому мне безразлично, для чего он ему нужен.
— Логично. — Теперь в голосе князя сквозил подлинный интерес. — А ты, Сантьяга, когда придумывал Аркан Желаний, о чем думал? О чем мечтал? Чего тебе не хватало?
Комиссар вернулся к креслу, склонился над князем и, холодно глядя в непроницаемую тень под низко надвинутым капюшоном, жестко ответил:
— Я хотел избавиться от вас внутри себя, князь.
— И что? — язвительно осведомился повелитель Нави. — Не получилось?
— Получилось бы. Просто я не стал этого добиваться.
Их разделяли века, но они по-прежнему оставались одной личностью.
— Иди, Сантьяга, иди, — проворчал князь. — Только не приходи больше в светлых костюмах.
— Обещаю.
* * *Москва, 2-я Брестская улица,
16 сентября, суббота, 10.30
Распределяя обязанности среди наемников, Кортес оставил себе самое сложное — поиск Богдана. У него не было ничего: ни образцов волос, слюны, крови или каких-либо других тканей, по которым можно было бы провести удаленный поиск и идентификацию с помощью магии, ни полного имени или сведений о том, чем занимается и за счет чего живет этот самый Богдан, а единственной информацией было описание, которое сумела дать Ольга.
От Яблочкова до 2-й Брестской наемника подбросила Яна. Остановив свою ярко-красную «Ауди ТТ» у обочины, девушка поинтересовалась:
— Может, все-таки скажешь, чем вы занимались вчера?
Наемник улыбнулся и отрицательно покачал головой:
— Не сейчас. — Он поцеловал девушку, выбрался из машины, захлопнул за собой дверцу и, наклонившись к открытому окну, задал Яне вопрос, который мучил его всю дорогу: — С чего ты вдруг решила помочь этой девчонке?
Девушка улыбнулась:
— Сегодня у меня день рождения.
— И охота тебе в свой день рождения заниматься делами?
— А разве это серьезное дело? — удивилась Яна. — Ты же сам сказал — до полудня, а потом я жду подарки и поздравления.
— Кстати, почему потом? — немедленно среагировал Кортес.