Её лицо походило на маску, недоделанную, но ужасно живую.
Крипу пришла в голову мысль о бегстве. Это было чисто инстинктивно, но это было единственное, что он мог придумать.
- Нет, нет, не сейчас, - прошипела экс-Даниэль. Не сейчас, когда ты так далеко зашёл.
Она оскалившись извивалась на крюке, показывая крошечные зубы, похожие на зазубренные зёрна кукурузы. Если он не послушается её, то она спустится и сделает с ним что-то ужасное.
- Иди и посмотри, кто ждёт тебя, куколка.
Слезы лились из его глаз, зубы стучали, руки тряслись так сильно, что ему пришлось прижать их к бокам.
- Нет! - закричал он, собрав всю свою волю в кулак. “Я не пойду, и ты не заставишь меня!”
Ему было приятно слышать свои слова. Чёрт, он чувствовал себя сильным, решительным и стойким... но он всё ещё шёл вперёд.
И самое тревожное во всём этом было то, что он не мог остановиться.
Его тело не реагировало.
Это было безумие.
Отчаявшись, он бил себя по лицу, пока щёки не покраснели и не запылали, а боль и смятение не заставили его расплакаться. Но ничто из этого не помогло.
""Наступает время, - сообщила ему экс-Даниэлль, - когда все решения принимаются за нас, и мы должны быть рады этому"".
У Крипа было сильное желание сказать ей, чтобы она заткнулась, потому что она даже больше не была человеком. Она и раньше ему не нравилась, но теперь ему захотелось найти хороший пятифунтовый молоток и разбить её лицо вдребезги. Боже, это было безумием, но мысль о том, чтобы стереть её в порошок, была сексуально возбуждающей...
Туннель постепенно расширялся.
И становилось всё теплее."
"Крип теперь обильно потел. Отчасти от страха и тревоги, но было ещё что-то.
Какого хрена?
Проход заполнялся клубящимся белым паром, похожим на тот, что выдувает свисток чайника. Пар окутал его, боль от ожога была мгновенной.