Слетевшееся невесть откуда ребятня из бедных районов чуть ли не под ноги нам кидалась за всем этим богатством. Как же счастлива я была в этот момент, что они не ползают под моим тем самым необъятным платьем. Как же хмурилась Люси за эту мою выходку."
"Не оценила она простой покрой элегантного платья, закрытого спереди и с умопомрачительным вырезом сзади.
Не так «дорого — богато», как подобает.
Но мне было уже всё равно. Я хотела с честью выйти из этого испытания и никогда не вспоминать весь этот ужас.
Только в храме выдалась передышка, но ненадолго.
— Рауль! — взмолилась я.
— Держись, Бель, — прошипел он. — Считай это суровым жизненным испытанием.
— Я никогда не дам тебе развод, так и знай, — прошипела в сердцах.
— Любовь моя, — склонившись, шепнул он мне на ушко, — а браки истинных нерушимы. Разводы запрещены! Я со всех сторон подстраховался. Моя навеки!
— И слава богам! — моргнув, получила по лицу огромным пионом. — Они что все цветочные лавки опустошили?
— Бабушка сказала — это традиция, — прорычал мой бедный лорд дознаватель.
Мы, не сговариваясь, ускорили шаг и уже чуть ли не бежали от дверей храма к белоснежной карете, измалеванной изображениями драконов — идея Дункана.
Заскрипев зубами, я поставила ногу на первую ступеньку и ощутила, как Рауль, буквально схватив руками под зад, занес меня внутрь. И вот дела! Я его за это даже расцеловать была готова.
Дверь кареты захлопнулась, но через широкое оконце в нас продолжали лететь всевозможные цветы, монеты и прочая яркая дребедень.
— Гони! — Рауль ударил по стенке, подгоняя возницу.
Только через квартал я смогла, наконец, выдохнуть.
— Если бы знала, что свадьба — это так ужасно, сбежала бы с тобой в Лодос в ту же ночь, как мы поженились, — выдохнула обреченно. — Это несправедливо, Рауль! Это наш праздник. Наш! Ну почему мы не можем устроить его так, как хотим?
Я знала, что задавала этот вопрос мужу и не раз, но мой любимый лорд дознаватель улыбнулся и, протянув руку, погладил меня по щеке тыльной стороной ладони.