Не родные

Только не бросай меня одну…

— Вита… — качает он головой. — Не получается у нас, я не вывожу. Ты повзрослеешь, обязательно, но только не со мной. Когда тебя одну в воду бросят, ты будешь барахтаться и пытаться. Если жить захочешь — выплывешь.

— За что ты так со мной?

Последнюю фразу произношу совсем тихо. Под кожей в этот момент бушует настоящий огонь. Он медленно, но уверенно сжигает всё на своём пути. Дотла, до чёрных угольков. Мои наивные мечты и планы, сердце и душу.

Кирилл протягивает руку и вкладывает мне в ладонь ключи.

От соприкосновения с холодным металлом я вздрагиваю. Он уходит, уходит. В голове срабатывают сигналы. Во что бы то ни стало остановить, задержать. Дать ему понять, что я изменилась. Здесь изменилась, полностью. Мои импульсивные поступки остались в прошлом.

— Это случайность, Кирюш! — произношу торопливо. — Я не хотела вымогать никакие деньги, и ехать с Назаром и Антоном не хотела. Меня заставили, вынудили, угрожали. Просто тот телефонный звонок убил меня. Когда ты сказал, что был в Москве, но встречался с Леной, а не со мной, я… сорвалась!

— Я прилетал на несколько часов по работе, — цедит он, подойдя к двери.

 — Знал, что времени побыть вместе не будет, поэтому не хотел терзать тебе душу. У Лены возникли некоторые проблемы, которые я согласился решить. Мы поговорили примерно полчаса, после чего я вернулся на службу. Вот и всё, никакой трагедии.

— Я не знала…

— Если бы ты хоть немного верила мне. Если бы дала сказать до конца то, что я хотел донести!"

"Кирилл громко ударяет кулаком о дверь, охранник тут же открывает.

Я подбегаю к Самсонову и вцепляюсь в его руку. Тёплую, сильную. Смотрю умоляющим взглядом. Да, мне будет проще, если он останется любыми путями. Пусть хотя бы из чувства жалости… Он позже поймёт, что я правда стала другой! Поймёт и не пожалеет о том, что дал мне шанс.

— Тебя ждёт новая жизнь, Вита, — спокойно, но строго произносит Кирилл.

Моя хватка слабеет, я опускаю руки. Всё тщетно.

— Со временем ты примешь, что так будет лучше.

Он уходит, оставляя меня одну.

Тишина давит на барабанные перепонки, в груди пусто и холодно. За что он так со мной? Почему настолько жестоко? Я ведь правда не хотела, так сложились обстоятельства…

Охранник возвращается через десять минут и выдаёт мне одежду, в которой я попала сюда.

— На выход, — командует он.

Минуя длинные пустые коридоры, выхожу на улицу. Ледяной порывистый ветер треплет волосы и бросает пыль в глаза. Вокруг сырость и лужи. Ноябрь. Но я радуюсь этому.