Или постоять полчаса у плиты, чтобы сварить картошку. Почистить ее тоже мог с трудом. Он понимал, что слабеет. Вот и договорился с этой Мариной. Я не знаю, как часто она его навещала. Но относился он к ней очень трепетно.
Впереди Андрей заметил небольшой скверик. Широкая стальная калитка в ограде была настежь распахнута. Проход был довольно широким, им одновременно могли воспользоваться несколько человек. С нами как раз поравнялась шеренга, состоящая из детишек в возрасте семи-восьми лет. Процессию возглавляла молодая длинноволосая брюнетка.
— Дима, я тебя прошу! Обходим, обходим, тут можно споткнуться! Дима, а где Лена? Лена где, я спрашиваю? Лена! Ле… Дима, возьми ее за руку. Пожалуйста. Что? Не слышу! Да, на горку. И на качели. Дима. Дима, Лену верни на место! Горка, качели. Нет, я больше так не могу. Дима, вернись!
Андрей взял меня под руку и увлек в сторону. Мы только мешали девушке следить за порядком.
— Дима! — яростно прошептала она.
— Ай эм хангри, — заявил Дима.
— Ты на уроке два банана сожрал, — ответила ему какая-то девочка. — А кожуру запихнул за батарею.
— Дура, — угрожающе произнес Дима.
— Мощно, — заметил Андрей и обратился непосредственно к Диме: — Эй, пацан, ты меня не знаешь, но я бы на твоем месте так с женщиной не разговаривал.
— Мы незнакомы, — посмотрел на него Дима. — Я вас не знаю. И знать не хочу.
— Пожалуй, лучше нам остаться друзьями, — согласился Андрей.
В следующий момент Дима пошел на предательницу с таким видом, словно хотел перегрызть ей горло. Она бросилась бежать. За ней ринулись другие дети — даже те, которые вообще не поняли, что произошло.
Я еле сдержала смех. Черноволосая девушка посмотрела на меня с нескрываемым раздражением.
— И это частная школа, — тихо сказала она. — Я ни при чем.
— Терпения вам, — от всей души пожелала я.
— И удачи, — присоединился Андрей.
Девушка побежала за детьми. Совсем недалеко виднелись разноцветные башенки-пирамидки и высокие лесенки. Видимо, это и была та самая детская площадка, куда так тянуло детей.
Мы же никуда не торопились.