Одна за другой зажигались неоновые вывески, и огоньки подмигивали на предгорьях.
– Я сам все испортил, – сказал я.
– Нет, вы ни в чем не виноваты. – В том настроении, в каком пребывала Ракель, ободряющие слова явно требовали от нее усилий. Я был благодарен ей за эти усилия, что напрямую и высказал.
– Я серьезно, Алекс. Вы повели себя с Круз очень чутко – теперь я понимаю, почему вы были успешным психологом. Вы ей понравились.
– Это явно не распространяется на всю семью.
Несколько кварталов она сохраняла молчание.
– Вообще-то Энди славный парень – он никогда не входил ни в какие банды, и из-за этого ему частенько приходилось несладко. От него слишком многого ждут. Теперь всё на его плечах.
– Для начала на плечах должна быть голова. Зачем делать все, чтобы ее оттуда снесли?
– Вы правы. Он сам создает себе еще больше проблем – но разве мы все не поступаем так же? Ему всего восемнадцать. Может, он еще повзрослеет.
– Я вот все гадаю, можно ли было как-то получше управиться со всем этим…
Я рассказал ей подробности своей стычки с парнишкой.
– То, что вы назвали его свиньей, ситуации ничем не помогло, но ничем ее и не изменило. Он уже явился готовый к драке. Когда латиноамериканский мужчина настроил себя подобным образом, уже мало что можно сделать. Добавьте к этому алкоголь, и поймете, почему каждый субботний вечер мы забиваем приемные покои больниц жертвами поножовщины.
Я подумал про Илену Гутиэрес и Мортона Хэндлера. До приемного покоя они так и не добрались. Связанные с этим мысли сразу стали цепляться друг за друга, как вагоны поезда.
Затем оглядел Ракель. Она чопорно сидела на мягкой коже пассажирского кресла, отказываясь отдаться комфорту. Ее тело было неподвижным, но руки нервно теребили край юбки.
– Не проголодались? – спросил я. Когда в чем-то сомневаешься, придерживайся основ.
– Нет. Если хотите, можете остановиться и сами что-нибудь съесть.
– Я все еще чувствую вкус чоризо.
– Тогда просто отвезите меня домой.
Когда я подъехал к ее квартире, уже окончательно стемнело, и улицы были пусты.
– Спасибо, что поехали со мной.
– Надеюсь, это помогло.
– Без вас это была бы полная катастрофа.
– Спасибо. – Ракель улыбнулась и наклонилась ко мне."
"Все начиналось, как поцелуй в щеку, но, видно, один из нас или мы оба двинулись, и это превратилось в поцелуй в губы.