Лишь немногие, знакомые с морской службой не понаслышке, с удивлением смотрели на два небольших угольных эсминца, трубы которых извергали густые клубы дыма. Что-то было в них насквозь неправильное, непривычное. Да и стеньговые красные флаги означали скорее готовность к бою, а не символ революции. А вот на корме так вообще что-то белеет…
Латыш все держал поднятую вверх руку, когда на баке первого эсминца оглушительно рявкнула пушка.
Взрыв потряс набережную, повалив людей. Осколки и стальные обломки секанули по латышам, досталось и стоящим в отдалении рабочим.
И тут же пулеметы эсминца открыли стрельбу по латышам, что пребывали в полном остолбенении, и от ран, и от удивления.
Спасительный стальной смерч смахнул на мостовую «интернационалистов», открыв дорогу охтенцам.
И только сейчас с их глаз словно пелена упала — они разглядели на матросских форменках и офицерских кителях давно забытые погоны.
А на корме гордо реяло, забытое за годы советской власти, белое полотнище с косым синим крестом — Андреевский флаг…"
"note 4 Смотрите роман «Спасти Императора».note 5 Музыка и слова Владимира Волкова.note 6 Смотрите роман «Спасти Императора»."