– Последнее на сегодня, что требуется подписать. Вот. Держите, Максим Алексеевич.
Милена аккуратно кладёт на стол передо мной лист бумаги, в руках у неё остаётся ещё и белый конверт.
– Что это? Кажется, мы уже закончили на сегодня с подписанием документов, – беру в руки листок, пробегая глазами по написанному, складываю лист пополам и рву, – я не подпишу это заявление.
– Прекрасно! Я напишу ещё одно.
– И его я тоже не подпишу, – я скрещиваю руки на груди, откидываясь на кресле.
– Отлично! Тогда я буду сидеть у вас в кабинете и писать заявления до тех пор, пока вы не соизволите принять его и не отпустите меня на все четыре стороны.
– Даже если я его подпишу, тебе всё равно придётся задержаться здесь. Настолько, насколько я решу.
– Ничего подобного. Максимум, на что вы можете рассчитывать – это положенный по трудовому кодексу срок отработки, не больше. Так что не тратьте моё время зря.
– Не-а, – издевательски тяну я, – я не отпущу тебя ни под каким предлогом.
Я намеренно скольжу взглядом по её фигуре.
– Я напишу ещё одно заявление, – вспыхивая, упрямо повторяет Милена, – и принесу Вам на подпись, Максим Алексеевич.
Она мнёт в руках белый конверт, а затем резко швыряет его мне на стол.
– Держи! Всё, как ты сказал. Шесть сотен. Пересчитай, подавись ими и отстань от меня. Больше не желаю иметь с тобой ничего общего.
Я раскрываю конверт и достаю из него шесть сотенных купюр со стариной Франклином. Значит, вот так, да? Это всё равно ничего не изменит.
"– Да как ты?.. Идиот! – возмущается она, – нет, меня это не касается. Мы в расчёте!
– Значит, признаёшь, что украла?
– Я не крала! Твои деньги я положила на тумбочку! – она даже ногой топает с досады и пулей вылетает из моего кабинета.
– Хочешь сказать, что их ветром унесло? – бросаю я ей шутку вслед. Она не слышит. За её спиной хлопает дверь, и лёгким сквозняком со стола сдувает обрывки купюр.
Глава 27. Максим
Обрывки купюр валяются на полу, и я вспоминаю, какой сквозняк гулял по номеру отеля, не чета лёгкому ветерку, что сейчас смёл со стола бумагу. На курорте я сразу подумал о худшем из всех возможных вариантов, запустив подносом с завтраком в стену, увеличив свой счёт за проживание на сумму битого стекла. А всё оказалось до банального просто.