– Какой властный и суровый босс мне достался…
– Да, я такой."
"Я гляжу в смеющиеся серые глаза, в которых мечутся весёлые искорки, и ямочки на щеках, такие соблазнительные, что я, не сдержавшись, дотрагиваюсь до них кончиком указательного пальца, веду чуть ниже. Едва заметная, немного колкая щетина делает лицо чуть взрослее.
– А на курорте я не заметила вот этого, – моя рука ложится на левую грудь с колечком в ней.
– Снимал, – отвечает Максим и накрывает мою руку своей ладонью, – тебе нравится?
– Интересно смотрится.
– Не спрашивай, – морщится Максим, – по глупости, скорее всего. Надо снять, может быть, со временем следа не останется.
– Нет, пусть будет. Мне нравится.
Я цепляю металл колечка и легонько тяну его на себя.
– Будешь меня мучить, дёргая за него, как тогда у клуба? – иронично вздевает бровь Максим.
– Пока не знаю… Вариантов много.
Мы лежим и болтаем, смеясь над собой и своими выходками, кажущимися такими нелепыми сейчас, в утренней неге блаженства. Все имеющиеся проблемы отступают куда-то на задний план и представляются далёкими и нереальными, будто их никогда и не было. А затем я слышу равномерную вибрацию звонка телефона, недоумевая, кто может звонить так рано. Кажется, звонит совсем неподалёку, хотя я не помню, чтобы доставала телефон из сумки и включала виброрежим.
– Это мой телефон?
– Да. Может, не будешь отвечать?
– Дай хотя бы посмотрю, кто звонит.
Максим встаёт и подаёт телефон, лежащий на столике возле дивана. Я вижу на экране улыбающееся лицо брата и надпись «Димка». Ой и не хочется же отвечать… Нажать «принять вызов» или не стоит? Палец замер в сантиметре от экрана.
– Уберём его куда подальше, – решает за меня Максим и выдёргивает смартфон.
– Ну привет, сирота казанская! – тон Димки не предвещал ничего хорошего.
– Это кто? – шёпотом спросил Максим.
– Это мой брат, Димка, – вздохнула я и положила телефон на подушку. Чувствую, сейчас меня ждёт ещё то представление.