Лиля кинулась в самый конец коридора, распахнула дверь настежь. Пусто. Она хотела бежать дальше, в спальню хозяина дома, но что-то странное привлекло внимание. На столе лежала разложенной ее старая норковая шуба, непонятно зачем привезенная маменькой из России. Лиля осторожно подошла к столу и в свете настольной лампы посмотрела на отрезанный подол, отброшенный вверх, наткнулась взглядом на штамп с фамилией. И отпрянула в сторону.
""Все-таки Витька"" — пронеслось у нее в голове, и она решительно направилась к его спальне.
— Витя, — затарабанила Лиля по двери. Ответа не последовало.
— Ломайте, — приказала она Джотто и Митяю.
— Может, человек спать лег? — пробормотал подошедший Иван. — Лиль, ну к чему шум такой? Завтра все и решите спокойно.
— Саша, — обратилась она к Джотто по имени. — Это приказ.
Парни пожали плечами. Еще ни разу Золотая королева лично не раздавала приказаний, только просила. Но вот так вломиться к шефу…
— Хорошо, — пробормотал Джотто. — Только перед Виктором Николаевичем отвечать вам.
— Не волнуйся, — милостиво отмахнулась Золотая королева и снова повторила приказ: — Ломайте, быстро.
В спальне Витьки не оказалось, и Лиля, не задумываясь, ворвалась в санузел. Издалека она слышала предостережения Армана. В его понимании Витька считался посторонним мужчиной. Она вспомнила, как вечность назад Иштван зашивал распоротую Пахомовскую ягодицу, и усмехнулась. Ага, посторонний. Сейчас.
Незапертая дверь открылась бесшумно.
Пахомов, в одних трусах, стоял, облокотившись руками о мраморную столешницу, и задумчиво разглядывал лезвие охотничьего ножа.
Все понятно без слов.
Лиля влетела, как фурия."
"— Ты чего удумал, гад такой, — закричала она и бросила в него флакон с шампунем, стоявший на полке. — Мало нам горя, да? — орала она и швыряла в него все, что попадалось под руку. Фен, расчески, крем для бритья.
Витька молча стоял, не пытаясь увернуться.
— Угомонись, родная, я хотел, но не смог. Из-за Тайки и из-за тебя.
— Где ты такие страшные ножи взял? — выдохнула она, тут же попав в кольцо рук Армана. Сразу стало тепло и надежно.
— Достались от прежних хозяев, — хмыкнул Пахомов и обратился к гостям и домочадцам, столпившимся в дверях его ванной комнаты:
— Концерт окончен.
Ехать в Мюнхен уже не имело смысла.
— Придется ночевать в нашем бедламе, — уткнувшись Арману в плечо, прошептала Лиля.