Дженни фыркнула и увела Рэйчел в соседнюю комнату, оставив маленькую тесную спальню в распоряжение Йена.
— С ней-то поговорить нам вряд ли удастся, — прошептала она Рэйчел, едва они перешли в крохотную гостиную. — А то я спросила бы, как будет на мохоке «Пошла прочь, бесстыжая шлюха». Хотя, наверное, это не совсем вежливо.
— Пожалуй, — согласилась Рэйчел, чувствуя, как на душе немного полегчало. — Но если узнаешь, скажи мне. На всякий случай."
"Дженни покосилась на невестку.
— А еще Друг, — сказала она с притворным неодобрением.
— Ни капельки не сомневаюсь, — заверила она Дженни. Так и было, правда. Ее беспокоили дети. Дети Эмили.
Однако выбирать Йену, и только ему. В этот момент он вышел из спальни во всем своем великолепии. Несмотря на внешнее спокойствие мужа, Рэйчел буквально слышала, как от волнения у него бурлит кровь, и застыла с плащом в руках.
— Возможно, мне лучше остаться с детьми. Не сходить ли тебе сначала одному? К… к…
— Нет, — сказал он тоном, не терпящим возражений, и подхватил Огги на руки. — Нас пригласили на чай.
* * *К ее безграничному удивлению, это и в самом деле оказалась чайная церемония: официальный прием в элегантной гостиной, которая вполне могла принадлежать успешному бостонскому негоцианту. Джозеф Брант и одет был как негоциант — в солидный костюм, хотя синее сукно чуть выше локтя стягивал широкий серебряный браслет, а со шнурка в заплетенных волосах свисали два маленьких ярко-красных пера.
Рэйчел подумала, что никакому костюму не скрыть истинную сущность его хозяина. Роста он был невысокого, зато широк в плечах; на массивном лице выделялись квадратная челюсть, твердо очерченные мясистые губы и густые черные брови.
— Благодарю тебя за проявленную доброту и согласие нас принять. — Рэйчел с улыбкой взглянула Бранту в глаза. Друзья не кланялись и не приседали в реверансе, поэтому она протянула руку.
— Ты Друг?
— Да, — ответила Рэйчел и кивнула на Сильвию, — как и моя подруга Сильвия Хардман.
— Добро пожаловать, — произнес Брант, низко кланяясь каждой даме по очереди и еще ниже — Дженни. — Мадам, для меня большая честь.
— Ну, лично я не Друг, сэр, — сказала она, разглядывая его перья и украшения. — Но с дружескими намерениями.