А что насчет него?
Но выбора не было: лейтенанта Хэнсона послали за художницей, и он не мог вернуться без нее. Втянув голову в плечи, молодой человек развернул своего мула в сторону Уайт-Блафф-роуд.
— Расскажите мне о генерале Пулавском, — предложила Брианна, поравнявшись с ним. — Его убили только сегодня утром?
— Э-э… нет, мэм. То есть, — поспешил уточнить Хэнсон, — он действительно умер сегодня утром на корабле…
— На корабле? — удивленно переспросила она.
— Да, на «Осе», кажется. — Хэнсон бросил быстрый взгляд через плечо и понизил голос.
— Он повел кавалерийскую атаку… на пушку?
Очевидно, лейтенант Хэнсон говорил недостаточно тихо, потому что вопрос исходил от ехавшего позади Уильяма. В голосе молодого человека звучало сомнение и легкая насмешка; обернувшись, Бри сердито посмотрела на него.
Сделав вид, что не заметил, Уильям подъехал к Хэнсону. Лейтенант, державший в руке белый флаг, инстинктивно выставил его перед собой, будто рыцарское копье.
— Я не хотел оскорбить генерала, — примирительно сказал Уильям, небрежно подняв руку. — Весьма лихой и смелый маневр.
— Да, — коротко ответил Хэнсон.
Он слегка приподнял свой флаг и отъехал от Уильяма, предоставив брату с сестрой продолжать путь бок о бок. Джон Синнамон замыкал группу. Брианна бросила на Уильяма красноречивый взгляд, недвусмысленно намекающий, что ему следует держать рот на замке. Какое-то время он взирал на нее, затем отвернулся с подчеркнуто скучающим выражением лица.
Ей в равной мере захотелось рассмеяться и ткнуть его чем-нибудь острым, однако, не имея под рукой белого флага, она ограничилась громким фырканьем.
– À vos souhaits, — раздался позади вежливый голос мистера Синнамона.
— Merci, — ответила Бри ему в тон.
Теперь уже фыркнул Уильям.
– À tes amours, — весело сказал мистер Синнамон.
После все хранили молчание, и через несколько минут они подъехали к окраине города.