Тот смотрел прямо перед собой, но сумел быстро оглядеть комнату периферическим зрением. Он уже видел эту комнату раньше – на секс-фотографиях. У стены слева стояла металлическая кровать, покрытая белыми атласными простынями. Справа стояла камера на треножнике и осветительные приборы с отражателями. У кровати – Анна. Грудь ее тяжело поднималась, натягивая ткань свитера. Она смотрела на Римо.
– Я так долго ждала тебя, – произнесла она.
Сторс закрыл за собой дверь и запер ее на ключ.
– Раздевайся, – скомандовал он.
Римо, словно робот, разделся, продолжая смотреть прямо перед собой. Анна стянула свитер через голову. Светлые кудри с трудом протиснулись через воротник. Слегка повисшие груди подпрыгнули, освобождаясь от свитера. Она взглянула на Римо и, заведя руку за спину, расстегнула верхнюю пуговицу юбки, а затем, засунув пальцы за пояс, начала медленно спускать юбку по бедрам, пока она бесшумно не упала на пол. Белья на ней не было, только длинные черные чулки, поддерживаемые черным же поясом, и высокие черные сапоги до колен.
Римо стоял обнаженный, одежда кучкой лежала перед ним на полу.
– Ложись на кровать, – приказал Сторс, и Римо растянулся поперек кровати. Анна подошла и наклонилась над ним так, что ее соски слегка касались его груди.
– Для тебя у меня есть кое-что особенное, – сказала она и шагнула к небольшому столику рядом с кроватью, а затем снова оказалась в поде зрения Римо. В руках у нее был черный парик. Она принялась водить длинными прядями волос по животу Римо, затем перешла к половым органам и ногам.
Анна села на кровать рядом с Римо и взяла со столика губную помаду. Засунув в рот конец закрытого тюбика, наклонилась над Римо, и ему на грудь закапала слюна. Затем, открыв помаду, она нарисовала кроваво-красные губы поверх своих собственных, бледных и бесцветных. Снова потянулась к столику.
«Теперь плеть,» – подумал Римо.
Убить их сейчас? Это просто. Ему хотелось дать им перед смертью почувствовать вкус победы.
– Отец, ты готов? Я не могу больше ждать.
Заряжая фотокамеру, Сторс ответил:
– Действуй. Только быстро, мы потеряли много времени.
Отработанный удар плети обрушился на живот Римо, оставив на коже алый след. Еще удар. На этот раз – ближе к паху. И опять. Она отшвырнула плеть и склонила голову над Римо. Темные пряди волос щекотали тело, ее рот схватил его, пачкая жирной помадой. Послышалось сладострастное мычание.