Не стала задерживаться и я — раздевшись, ополоснула ноги, смывая кровавые потеки, после со всей возможной поспешностью переоделась, и поспешила в холл, приглаживая на ходу растрепавшиеся от смены платьев волосы.
* * *
К тому моменту, как я спустилась, в холле уже даже начали наводить порядок горничные, в то время как лакеи и охранники укладывали пострадавших на носилки, и уносили в распахнутые двери, ведущие в подземелье. Тех же, кто был легко ранен, сопроводили к выходу, и на улице я услышала:
— Неотложная прибыла.
Я не стала стоять в стороне, а ринулась помогать раненным — образование в лицее позволяло оказывать первую помощь, и потому, отобрав у проходящей мимо госпожи Вонград корзинку с бинтами, спиртом и заживляющими мазями, я направилась к сидящей у стены горничной, которая попеременно то кривясь от боли, то широко улыбаясь, баюкала раненную руку. К слову радостное настроение было у всех присутствующих, и стоило мне появиться, как отовсюду понеслось ""Леди Грэйд, а вы видели бросок Орсона?"", ""Леди Грэйд, а как мы его гнали!"".
Сдержанно улыбаясь и кивая прислуге, я опустилась на колени рядом с горничной, разрезала рукав, осмотрела глубокий порез, словно нанесенный ножом, обработала рану, затем туго, так, чтобы не пришлось зашивать, перебинтовала.
— Ох, как вы быстро, — удивленно произнесла женщина.
— Монастырское образование, — с улыбкой ответила я, поднимаясь, чтобы перейти к следующему раненому.
Но не успела я раненному лакею перевязать тоже руку, как в холле раздалось взбешенное:
— Ариэлла!
Торопливо закончила перевязку, и едва успела — подошедший герцог, не взирая на то, что я как раз завязывала бинт, ухватил за запястье и рывком поднял на ноги.
Развернулась к последнему представителю династии Грэйд я уже сама, и поразилась тому, насколько тихо стало в холле, несмотря на присутствие более чем пятидесяти человек."
"— Леди оттон Грэйд, — глаза его светлости словно начали темнеть, — я просил вас ожидать меня в спальне.
Договорить не дала я. Несмотря на грозный голос и гневный вид, я отчетливо поняла главное — герцог боялся. За меня. И то, что вынудил уйти, говорит лишь об одном — он не хотел, чтобы я видела кровь, раны, да все, что оставил после себя жуткий призрак некогда могущественного мага.