Беверли посмотрела на свое бледное отражение, и осознала с внезапно возникшим суеверным ужасом, что из-за крови на зеркале возникает ощущение, будто кровоточит ее лицо. И вновь подумала: «Что же мне с этим делать? Я чокнулась? Мне все это кажется?»
Сливная труба вдруг отрыгнула смешком.
Беверли закричала, захлопнула дверь, и даже спустя пять минут ее руки так сильно дрожали, что она едва не выронила бутылку «Уиндекса», моя окна в гостиной.
5Около трех часов дня, заперев дверь в квартиру и сунув ключ в карман джинсов, Беверли Марш, идя по переулку Ричарда – узкому проходу, соединяющему Главную и Центральную улицы, наткнулась на Бена Хэнскома, Эдди Каспбрэка и еще одного мальчика, его звали Брэдли Донован, которые играли в пристенок.
– Привет, Бев! – крикнул Эдди. – Тебе не снились кошмары после этих фильмов?
– Нет. – Беверли присела на корточки, чтобы посмотреть за игрой. – Откуда ты знаешь?
– Мне сказал Стог. – Эдди указал большим пальцем на Бена, который жутко покраснел, как показалось Бев, безо всякой на то причины.
– Какие есе фильмы? – спросил Брэдли, и теперь Бев его узнала: он приходил в Пустошь с Биллом Денбро. Они вместе ездили на логопедические занятия в Бангор. Беверли и думать о нем забыла. Если б ее спросили, она бы ответила, что он значил для нее меньше, чем Бен или Эдди, – куда как меньше.
– Пару фильмов про чудовищ, – ответила она и, оставаясь на корточках, втиснулась между Беном и Эдди.
– Играете в пристенок?
– Да. – Бен посмотрел на нее и тут же отвел глаза.
– Кто выигрывает?
– Эдди, – ответил Бен. – Эдди просто молоток.
Она посмотрела на Эдди, который скромно полировал ногти о рубашку, и засмеялась.
– Можно мне поиграть?
– Я не против, – ответил Эдди. – Центы у тебя есть?
Она сунула руку в карман и вытащила три.
– Ух ты, выходить из дома с такими деньжищами? – спросил Эдди. – Я бы не решился.
Бен и Донован Брэдли рассмеялись.
– Девочки тоже могут быть смелыми, – очень серьезно ответила Беверли, и в следующий момент смеялись уже все.
Брэдли бросал первым, потом Бен, за ним – Беверли. Эдди – после всех, потому что выиграл последний круг. Монетки они бросали в заднюю стену «Аптечного магазина на Центральной». Иногда монетки не долетали до стены, иногда – ударялись о нее и отскакивали. После того как круг заканчивался, все четыре цента забирал тот, чья монетка оказывалась ближе к стене. Через пять минут три цента Беверли превратились в двадцать пять. Проиграла она только один круг.