Да сколько ж уже можно-то!
Наверное, это мне компенсация за то, что в прошлой жизни почти не двигалась с места – потому что сначала танцы и нет времени больше ни на что, а потом – травма и ограниченная подвижность? Правда, я и там умудрилась ходить в походы, ездить на игры и на море, но – там всё было не то. В отпуске, по расписанию. А здесь – по-настоящему.
Какая-то кровать со столбиками и шторами со всех сторон, шторы из тяжёлой узорчатой ткани. Белоснежные льняные простыни. И поверх этого я – как вчера весь день пробегала до рассвета – после дуэли с Хорьком, боя на улицах, боя у стен дворца и разборок с верхушкой предателей в самом дворце.
А рядом сопел… Я отвернулась. Потому что…
Ну да, он говорил, что носит личину. Я даже вроде об этом помнила. Только когда эта личина вчера с него стаяла, оказалось не до памяти. Потому что… другой ведь человек!
Хотя…
Почему я спала так спокойно и крепко? Потому, что устала насмерть, конечно, но ещё и потому, что рядом – тот, кому я доверяю.
Дурной мозг возопил – куда ты пойдёшь, ты давала клятву Ордену на год! И он тоже, между прочим. А жизнь магов, преступивших свои клятвы, содержит много интересных спецэффектов, как я поняла минувшей ночью.
Смогла бы я парализовать Аль-Карима? Смог бы Лео убить Звездочёта – тот ведь явно пытался что-то на него наложить, судя по его виду – ничего особенно хорошего там не было? Или… всё это так, ерунда, слова одни?
Я пошевелилась… и разбудила его.
Я выбралась из-под его руки и села – спиной к нему. Связала ноги в йоговский узел.
– Варя Феникс, – а голос-то остался тем же самым.
Я как услышала это «Варя Феникс», так слёзы и побежали.
"– Мой прекрасный Феникс, танцующий меж костров, и убивающий прикосновением. Прекрасный и смертоносный. Куда там дочери графа Ливарио!
Эх, мне ведь тоже есть, что ему рассказать. Но как, как можно вообще такое рассказывать? Ладно, мастер поверил, потому что мастер, он и не такое видывал, наверное, он и про заклинание вчера догадался.