Дедушка, причитая, что больше никогда не поведет этих «чертят» на прогулку, тут же кинулся всех успокаивать.
Я, глядя на эту картину, нечаянно издала нервный смешок, кажется, даже слегка злорадный.
– Разрушительница. – Покачал головой Дэн, замедляя шаг. Вроде бы он понемногу успокаивался. Я наконец дождалась того радостно момента, когда он открыл рот и заговорил. – Ты сеешь хаос и разруху.
– А все ты виноват, – тут же перевела я стрелки на задумчиво разглядывающего окрестности Дениса, – придумал, блин, еще один гениальный план! Идиотизм какой-то! И зачем я вообще с тобой связалась? Что за глупые планы ты придумываешь? Не-е-ет, они не глупые, они ненормальные! Бичи, бурундуки, контракты, дебильные друзья с дебильными кличками, трансвеститы.
"– Легли? – с интересом спросил мой спутник.
– Ага. Не маленький, понимаешь. А ведь все из-за твоих планов, дорогой мой, – я вновь кинула на парня красноречивый взгляд. – Это же надо было мне свой последний разум посеять где-то, чтобы связаться с таким болтуном, как ты. Миссия номер один, миссия номер два… мы их разлучим… нам нельзя сдаваться… И что? Бодяга какая-то в результате вышла.
– Мария, пожалуйста, давай закроем эту тему, – попросил меня Смерч, устав, видимо, от моей болтовни. Он замолчал на мгновение, а потом произнес задумчиво, как подвыпивший философ.
Началось в колхозе утро – вот и первые дебильные шуточки с подтекстом! В себя наш мальчик приходит?
– Спасибо, вынуждена отказаться, – важно отвечала я.
– Если тебя не устраиваю я, то могу познакомить тебя с кем-нибудь, кто устроит, – очень скромно отвечал Дэн, глядя на меня невинными глазами мальчика-колокольчика.
Будь я сильнее, за такую помощь точно бы ему морду набила. Как мой братишка. Тот все свое детство, юность и отрочество проблемы решал кулаками.
– Сволочь ты все-таки, Смерчинский. А требования… Они должны быть непохожими на тебя, – заявила я.