Перед глазами багровые круги и в них четыре ухмыляющиеся рожи.
А потом их дружно понесло — посыпались удары с четырех сторон. Кровь брызнула на стену, и через миг я уже лежал на земле. Скорчившись, понимая, что уже нежилец. Лишь содрогаясь от зверских пинков с этакого душевного размаха.
— Все, борзота слетела? — усмехнулся кто-то.
— Каков ублюдок! Это же он Гриню неделю назад уделал! — напомнил младший в зеленой куртке. -Его надо кончать!
— Это тебе за балысю! Черную! — объяснил заводила в блестящей в свете фонарей, черной куртке, резко припал на колено и сунул мне тесарем под ребро.
Вспышка боли угасла вмиг. Стало темно и холодно, и я обнаружил, что вижу себя со стороны. Вернее, не себя, а свое мертвое тело с расплывающимся пятном крови. Произошедшее повергло в шок, такой жесткий, что я застыл, словно одеревенел. А потом дернулся и беззвучно заорал:
— Суки! Суки! — я пытался, пытался нанести удар в голову ближнему толстяку в рваных джинсах.
Однако крепко сжатые кулаки, пролетали сквозь его голову.
— Эй, сюда иди, — услышал я вкрадчивый голос справа.
Повернул голову и обнаружил, что в конце подворотни висит в воздухе какой-то субъект в темном плаще до пят и шляпе, натянутой почти на глаза. Осознание, что я умер, наползало неотвратимо. Да, да, все я умер — это уже без вариантов. Больше я не чувствовал боли и без всяких глюков видел свое тело со стороны.
— Чего тебе? — я подплыл к нему не касаясь земли, точно Каспер из мультика.
— Вижу, пыжишься. Хочешь отомстить за свою мертвую тушку? — он сдвинул шляпу вверх, являя хитрый прищур.
— Ну хочу, — признал я. — Пытался уже.
— Тебе новую тушку надо. Или стать магом, чтобы влиять на физический план из тонкого. А лучше и то и другое, — прищур карих глаз стал хитрее.
— Неплохо бы. Что для этого от меня нужно? — я нахмурился, пытаясь распознать подвох. Его предложение выглядело заманчивым, но заманчивые предложения всегда имеют теневую сторону.
— Для этого нужно лететь за мной, — он сделал пасс рукой, и тут же образовался светящийся круг. — Сюда давай.
Я недолго испытывал сомнения. Ладно, какая теперь разница? Все равно я охренеть какой мертвый, и хуже уже не будет.