He went on and on and I wondered, looking off across the valley from where I stood on the marble-columned porch, if he were unbalanced by his loneliness, or he might know some part of what he said. Он продолжал и продолжал говорить, а я, стоя на ступенях под колоннами мраморного портика, озирал лежащую внизу долину и думал, свихнулся ли он от длительного одиночества, или он действительно был уверен в правильности того, в чем пытался нас убедить. Может быть, именно эта возникшая, как по волшебству, долина несла на себе отпечаток вечности.
For this place, this valley that sprang out of nowhere, did have a look of eternity about it. Although as I thought this, I wondered how any man might know how eternity would look-but be that as it may, there was a feel of the unchanging in this place of bright white sunlight.Думая об этом, я никак не мог представить, каким образом может человек знать, как должна выглядеть вечность, но, будь я неладен, в этом чудесном месте, залитом ослепительным солнечным светом, запросто могло родиться представление о постоянстве и неизменности.
“But I ramble on,” the old man was saying. “The trouble is I have too much to say, too much stored up to say. Although there is no reason why I should try to say it all at once. I apologize for keeping you out here, standing. Won't you please come in.”— Но я, впрочем, перескакиваю с одного на другое, — продолжал рассуждать старик. — Вся беда в том, что я могу вам очень много рассказать, слишком много у меня накопилось. Конечно, неразумно пытаться выложить все сразу.
Прошу прощения за то, что держу вас на пороге. Будьте любезны, проходите.We stepped through the open doorway into quiet and classic elegance. Мы прошли через открытую дверь и оказались в тихом помещении, воплощающем собой классическое изящество.There were no windows, but from somewhere in the roof the sunlight came slanting in, to highlight with a classic brilliance the chairs and sofa, the writing desk with a small wooden chest and scattered sheets of paper on its top, the polished tea service on the smaller table in one corner.
В нем не было окон, но откуда-то сверху, из отверстий в крыше струился мягкий солнечный свет; стулья и диван, вырезанные с бесподобным мастерством, письменный стол с небольшим деревянным ящиком и разбросанными по нему листами бумаги, элегантный чайный сервиз на маленьком столике в углу, удачно дополняли световой эффект.“Please,” he said, “have chairs. I hope that you can spend some time with me.
