— Я пирожки принес. Итан иди.
Молчание. Только тахта скрипнула.
— Лантхильд, ты там?
— Йаа…
— Иди итан.
— Нии…
— Что–нибудь случилось?
Сигизмунд разулся, подошел к двери. Потянул, открывая.
Дверь держали изнутри.
— Нии, — повторила Лантхильда. — Надо.
— Ты чего?
Девка молчала.
— Я пирожки принес. Тебя там что, серый волк съел?
Сигизмунд дернул дверь изо всех сил и в образовавшуюся щель (а здорова девка!) просунул пирожок.
— Итан, Лантхильд.
Девкина рука высунулась, схватила пирожок и утащила. Дверь захлопнулась.
Дела!..
Сигизмунд обулся, свистнул кобеля, прошелся с ним по двору. Выкурил три сигареты вместо обычных двух. Что за хрень? Что с Лантхильдой–то? Чем он ее на этот раз обидел?
Тут у него аж дыхание перехватило. Наталья! Что она ей наговорила? Ну, Наталья!.. Сигизмунд едва не бегом устремился домой.
Ворвался, скинул куртку, ботинки, подлетел к телефону. После одиннадцати Наталья часто отключает телефон, чтобы Ярополка не будили.
Подошла.
— Наталья?
— Давно не виделись, — отозвалась бывшая супруга.
— Наталья, что ты ей наговорила?
— А!.. — сказала Наталья. И замолчала.
— Пожалуйста, я тебя очень прошу. Скажи мне, что ты ей наговорила.
— Да ничего особенного. Сказала «алло». Она: «Але, надо, Сигизмунд, надо».
— И все?
После короткой паузы Наталья спросила немного другим голосом:
— А что? Тебе это очень важно?
— Да.
— Правда, ничего такого я не сказала. Только «алло».
— Ты нарочно мой номер набрала?
— Да. Больно уж складно ты врал.
Сигизмунд перевел дыхание.
— Тата, — неожиданно назвал он ее старым «домашним» именем. — Тат, ты действительно больше ничего…
— Ты меня совсем уж за монстра держишь. Только я тебя вычислила еще по дороге к твоим. У нас эту «Валькирию» всем отделом читали. Даже я обревелась, если тебе от этого легче. Так что два плюс два сложила. В ЛИТМО этому, слава Богу, учат. В следующий раз придумай что–нибудь поумнее. Привет старине Хальвдану.
И положила трубку.
Некоторое время Сигизмунд, как последний Ромео под балконом, топтался под девкиной дверью и взывал безнадежно:
— Лантхильд… а Лантхильд…
Та молчала.
— Гюльчатай, — взорвался Сигизмунд, — открой личико! Тьфу, дура!
Плюнул. Да пропади девка пропадом со своим юродством! И ушел на кухню есть пирожки. Верный кобель побежал следом.
Пока жрал пирожки, Лантхильда выбралась из комнаты. Осторожно прокралась в места общественного пользования. Долго лила воду в ванной. Потом, так же тихонечко, отправилась было к себе.