— Хотите я вам лучше крапивы заварю? Нашей русской православной крапивки?
— А Гербалайф что, не православный?
— Вы что, Сигизмунд Борисыч. Гербалайф — это секта бесовская. Мне тут Федор все подробно разъяснил. Знаете, как у них на всю Россию презентация прошла?
— Как?
Сигизмунд при всем своем богатом воображении не смог себе представить, какое бесовство мог усмотреть Федор (точнее — отец Никодим) в столь светском мероприятии, как презентация.
— Ужрались, что ли, в хлам?
— Мелко плаваете, Сигизмунд Борисович. Помните, в советские времена на Пасху всегда кино крутили? И танцы устраивали на всю ночь, чтобы молодежь отвлекать?
— При чем тут…
— Когда у них было открытие представительства в России, они устроили всероссийскую презентацию в пасхальную ночь.
— В каком году?
— В 95–м. Я тоже помню. Мы тогда с подругой во Владимирский собор пошли, крестный ход смотреть, а напротив собора, в спортивном комплексе, как раз эта презентация гремела… Листовки свои раздавали: «Мы в прямом эфире!»
— Что, серьезно, что ли? — изумился Сигизмунд.
— А то!
— Может, они не знали? — усомнился Сигизмунд. — У них же Пасха в другое время…
— Могли бы и узнать, когда у нас Пасха. Нет, это умысел. Я вам точно говорю. Там люди меняются до неузнаваемости. У них все другое делается. Интересы другие, старые друзья им больше не нужны… Они как зомбированные… Как эти, «белые братья»…
Светочка говорила с полной убежденностью в своей правоте. Поскольку истовой религиозности за Светочкой не наблюдалось, то Сигизмунд был склонен ей верить.
* * *
Маляры действительно явились ни свет ни заря. В квартире возникли две тетки, будто вышедшие бодрым шагом прямо из фильма «Девчата»: в рабочих штанах, заляпанных побелкой, в косынках, с белозубыми улыбками. Впрочем, белозубая была у одной, помоложе. У второй была нержавеющая.
Они поздоровались, затопали по коридору, оставляя грязные следы. Сигизмунд показал им было, куда идти, но они и без того помнили. Захрустели газетами, загремели ведром. Потом железнозубая высунулась и пошутила:
— Хозяин! Стремянку–то дай, а то до потолка далеко тянуться!
Сигизмунд принес стремянку.
На ходу заплетая косу, из «светелки» выбралась Лантхильда. Заглянула к малярам. Сказала им что–то. К удивлению Сигизмунда, получила ответ.
Тетки переговаривались между собой — певуче, с матерком. Обсуждали последнюю, жалостливую, серию какого–то сериала. Простодушно сострадали героине.
Сигизмунд засел на кухне — пережидать нашествие.